— Так, эта, нарезняк, СВД вот, они любую печку разберут, они ж… — вклинился один из «ближних пацанов».
Но сам Лещинский уже понял, куда ветер дует, и что этот вариант самому Витьке не нравится, и мигом сам бессовестно переобулся:
— Ты чо, дурак? Мы ж так и автомат его покалечим, а это — ценность! И ружьё бабы его. И саму её. А Катька — она зашибись, а! Хоть и со шрамом на морде — а клёвая! И фигура зашибись! Нахера её бестолку… эта… тратить?
— Да, Катька-со-шрамом тёлка зашибись… — тут же согласился и тот, — А как тогда?
Витька был уже не прежний необдуманный дурак, Витька был уже мудрый тактик — во всяком случае, он сам считал себя таковым. Он поразмышлял и принял решение:
— Инна, слышь. Иди сюда. Ты пойдёшь. Выманишь их типа.
Совещались за углом дома, в полумраке осенней зябкой ночи. Просунулась Инна.
— Слышь. Иди давай к ним. Постучи, скажи чтоб вышли…
— Ты что, Витя, чо я им скажу??.. Ночью-то!
— Ну, чтоб вышли… Придумай чего. А, скажи что… что, эта, Альбертику плохо! — Витьке попался на глаза тут же тусующийся брат Кристины, не желающий пропустить представление. Да и сама Кристинка была тут же.
— Во — скажи, что Альбертик это… подавился! А к Алёне ты бежать боишься через огород-то в темноте; пусть, типа, Вовчик поможет! Или это — скажи что просто температура у него! Высокая! — выдумывал варианты на ходу Витька, — А Вовчик же эта, медбрат. И аптеку с собой постоянно таскает — пусть, типа выйдет, посмотрит чо с ним! А ты, типа. Плачешь! Переживаешь и всё такое. Поняла? Пусть только в дверях покажется — и ага! Поняла?
Пацаны одобрительно закивали, поняв, что в этом случае не придётся ни зябнуть до утра во дворе, ни подставляться под автомат, подбираясь к баньке вплотную.
— Витя. Витенька. Ты чо? Я боюсь ведь… — Инессу аж затрясло.
Ага. Это было знакомо; и не ново было принуждать кого к повиновению, в этом Витька за последнее время уже знал толк.
Сделав голос шипяще-змеиным, как у Хозяина во время расправы, он обрушил свой гнев на голову трусливой кристинкиной мамаши-курицы:
— Ты чо!!.. ты, бля, думаешь тебе тут на халяву всё достанецца — весь дом, и огород с посадками, печка, дрова, припасы?? Одной тебе што ле?? Просто так?! Когда в деревне по две-три семьи и больше в доме?? И нихера не хочешь дружине помочь?? Общему делу? Мы за тебя што ле, за твои интересы должны тут с пацанами рисковать?? Заип. шим щас Вовчика — и ты просто тут королевой заделаешься?? Помочь, бля, не хочешь?!!
— Ви-ить… — просительно подсунулась сбоку Кристинка, но Витька, не поворачиваясь в её сторону, просто взял её пятернёй за лицо и отпихнул в сторону, — нихера себе, кошёлка ещё будет в боевые вопросы встревать! Кристина, надо сказать, восприняла такое обращение уже как должное…
— Витя… — уже на полтона ниже, почти сдаваясь, стала шептать Инесса, — Так я ж ничё… Но они, может, не выйдут… не захотят. А?
— Выйдут! — заверил Витька, — Я этого чумахода хорошо знаю. Попрётся спасать — он же супергерой у нас. Если ты жалостливо излагать станешь. И как только выйдет…
— Ви-ить… — опять испуганно промямлила Инесса, — А ну как и меня зацепите?..
— Да ты чо? Не, тебе ничо не грозит! Только если тебя не заденем, только! — заверил Хронов, и сам удивился пришедшей мысли: а что, идея! Нахер эта Кристинкина мамашка нужна — одна суета от неё; готовить толком не умеет, знай только Кристинке в уши дует своё бабское; вот та уже и насчёт «замуж» заговаривать стала, дура! Это точно с её подачи. Тёщенька, бля. Избавляться от таких тещ нужно вовремя; а без мамаши Кретинка (так Хронов называл про себя свою подругу) будет тише себя вести, не станет права качать. Хотя какие у неё нахер тут права: сказал раком вставать — вставай, сказал в рот брать — чтоб беспрекословно; ещё будет тут про «замуж» мямлить, сучка…
Перед мысленным взором Хронова встала приятная такая картина: Инесса скрывается за тёмной дверью баньки и через некоторое время появляется на пороге с Вовчиком, в них тут же упираются лучи ручных фонарей — и залп! И быстрая пальба из всех стволов, их швыряет на стенку баньки, и Вовчика и Инессу, в свете фонарей видно, как их дырявят пули и картечь — чотко, как в кино! Ещё, ещё! Вот так вот! Подойти ещё и вмазать в упор гаду в черепушку, чтобы вообще в фарш!
А Кристинке сказать потом, что мол в перестрелке, что прикрывался, падла, её мамашей! И этим, деревенским, сказать — что убил, мол, Инессу Вовчик — а мы отомстили! Главное убрать нахер Кристинку с брательником подальше на пока. Классная идея!
— Кристя! — не отвечая Инессе, позвал тихо Витька, — Подь сюда! Ты это… бери брата и идите в дом. И в дальнем углу ляжьте на пол. Ага, за печкой.
— Зачем?
