Кржижановский полностью

Ленин, прочтя статью Ларина, тут же написал Кржижановскому секретное письмо.

«…«Нахал» архиловок. Боюсь даже, что он сознательно использовал мое письмо. Надо обдумать стратегически.

Не сделать ли так:

1) Через две-три недели дать обзор фактов работы, а в примечании презрительно против неработающих коммунистов?

2) Поспешить с индивидуализацией заданий. Не медлить.

3) «Нахалу» дать именно такое задание и

4) Параллельно то же задание человеку более дельному, деловитому, осторожному…»[40]

Кржижановский, прочтя статью Ларина, очень расстроился. («Прочитав статью, я почувствовал легкий укус в пятку…») Решил сообщить Ленину о намерении Середы (тоже ужасно злого на пустозвонного Ларина) написать ему вежливо-ядовитое письмо от группы членов Госплана с предложением поделиться своими «мудрыми» соображениями относительно методологии работы Госплана. На Пленуме его выстегать как следует и опубликовать стенограмму заседания. План Кржижановского — напечатать контрстатью и назвать ее «Нашим критикам». Как лучше поступить?

Написал именно в таком духе, приложил сводку последних достижений (увы, пока не блестящих) на фронте электрификации для делегатов-коминтерновцев и стал ждать ответа. Он поступил в тот же день.

«Гл. М.!

План Середы (насчет «укуса» и пр.) и Ваш, пожалуй, оба хороши. Надо сделать и то и то…»[41]

И Глеб Максимилианович засел за статью «Нашим критикам».

Первый ее вариант Ленину не понравился:

— Вышло нехорошо или совсем не вышло… Неверный тон и «ход»… в пользу врагов… Лучше пока помолчать в печати.

Кржижановский тоже понял, что статья не получилась.

Наваливались новые дела. Было уже не до статьи, нужно было работать все энергичней и энергичней, постоянно наращивая темп. 4 июля Ленин послал Кржижановскому письмо под названием «Мысли насчет «плана» государственного хозяйства».

«Главная ошибка всех нас была до сих пор, что мы рассчитывали на лучшее; и от этого впадали в бюрократические утопии. Реализовалась из наших планов ничтожная доля. Над планами смеялась жизнь, смеялись все.

Надо это в корне переделать.

Рассчитать на худшее…»[42]

Он предлагал провести «архибыстро» плановый расчет на реальной почве, «засадить 70 % членов Госплана за работу по 14 часов в сутки (пусть наука потерпит: пайки дали хорошие, надо заставить работать)»[43]. Дальше Ленин предлагал, чтобы каждый работник Госплана лично следил за работой тридцати крупнейших предприятий.

«Потрудитесь за 30-ью следить неослабно. Вы отвечаете за это… Следить неослабно, это значит отвечать головой за рациональное употребление топлива и хлеба, за максимум заготовки того и другого, максимум подвоза, экономию топлива (и в промышленности и ж. д. и т. д.)…»[44]

Закончил письмо, как бы советуясь: «Вот мои мысли о Госплане. Подумайте. Поговорим…»[45]

Конечно, проходило все не так гладко, как хотелось, все было пока необкатанным, несогласованным. Одно из заседаний Госплана было посвящено восстановлению Донбасса. Установили причины тяжелого положения — последствия войны, продовольственная политика, тарифы; разработали меры, чтобы поднять металлургию и химию; наметили наиболее крупные, технически совершенные рудники — для первой очереди восстановления. Мелкие и средние копи — сдать в аренду частным предпринимателям. Связали с проблемами земледелия, орошения земель путем использования шлюзов реки Донца. Разработали меры снабжения продовольствием, изменили тарифы, ввели премиальную систему оплаты для техническою персонала… Опубликование этих материалов вызвало протесты некоторых деятелей: границы районов, рассматривавшихся Госпланом, не соответствовали сложившимся административным границам. Во весь рост вставала проблема разработки принципов районирования.

В конце августа Ленин увидел, что Кржижановский опять страшно переутомился. У него был план отправить Глеба Максимилиановича куда-нибудь подальше от Москвы, чтобы они с Зинаидой Павловной отвлеклись и отдохнули. Видя, что Кржижановский не соглашается уезжать на отдых, Ленин стал действовать официальным порядком и направил в Оргбюро ЦК РКП (б) записку: «Прошу обязать председателя Госплана тов. Кржижановского выехать с Красиным в Ригу, дабы там в санатории, или на квартире частной, пробыть 1 месяц для лечения и отдыха. Я очень прошу провести это сегодня, ибо я убедился, по должности Председателя Совета Труда и Обороны, что председатель Госплана почти надорвался. Его ремонт необходим и неотложно необходим.

Без решения Оргбюро ничего не добиться.

Пр. СТО В. Ульянов (Ленин)»[46].