- Ой, у меня во фляжке кофе с коньяком, - вспоминает Ксапа. Смотрю,
кому досталась ее фляжка. Шаману. Самое то! Пока вождь восхищается
сталью ножа, инструктирую шамана.
- В долбленке горькая целебная настойка. Пить ее полагается
понемногу, маленькими глотками.
- Отчего она помогает?
- Придает сил и бодрости в холодную мерзкую погоду, такую, как будет
завтра, - подсказывает Ксапа, и я перевожу шаману.
Прибегает Фархай с целой кучей родственников.
- Все в сборе? По машинам, - командует Сергей.
Поднимаюсь на борт последним. Машу рукой провожающим. Зеленая машина
уже раскрутила винт, и люди, прикрывая лицо локтем, отходят подальше.
Сергей раскручивает винт и поднимается вертикально.
- Куда летим? - высовывается из кабины пилотов Бэмби.
- К Чубарам, - говорю я. И слышу плач грудничка. Ох ты, боже мой!
Оборачиваюсь. Незнакомая чубарка с ребенком на руках оживленно болтает с
Жамах. Да, типичная чубарка. Но одета как айгурка. Рядом сидят Платон с
Вадимом, говорят о чем-то своем. На чубарку - ноль внимания. Удивленно
поворачиваюсь к Ксапе.
- Это подруга Жамах. Мы ее выкупили за пять ножей и два топора,
- объясняет Ксапа таким спокойным тоном, как будто обычное дело. - Ее
айгуры два года назад похитили.
Раз не украли, а обменяли, мне волноваться не о чем. Чубарская
девка, к чубарам летим. Даже познакомиться толком не успеем.
Садимся у чубаров совсем ненадолго. Здороваемся с охотниками, со
старухами из совета матерей. Ну, к ним я направляю Жамах, Ксапу и Фархай.
Пусть заболтают, пока мы с охотниками говорим. Очень охотникам
удивительно, что айгуры им мясо за просто так отдают. То женщин воровали,
а теперь мясом делятся.
Выгрузить пять туш - минутное дело. Но Вадим встревожен.
- Что-то случилось? - спрашиваю.
- Одного не хватает. Должно было остаться десять, а тут девять.
Запрыгиваю в зеленый вертолет, пересчитываю. Девять волков. И
пять - на снегу рядом с вертолетом.
- На прошлой стоянке точно пятнадцать было?
- А хрен их поймет. Кучей лежали, разве сосчитаешь? Но выгружали
по двадцать штук на каждой стоянке айгуров. Тут я ручаюсь.
Мы забили семьдесят пять волков. Платон считал, Ксапа считала, я
сам считал. Айгурам оставили три раза по двадцать. Чубарам - пять. Одного
не хватает.
- Недобиток где-то! Или убежал, или спрятался. Надо Славу
предупредить.
Слава вместе с нами волков пересчитал, машину проверил. Негде волку
в грузовом вертолете спрятаться! Убежал, значит. Когда успел, почему никто
не заметил?
- Ночью не мог. На ночь я машину закрывал, - говорит Слава.
Как назло, у айгуров ни одной мобилки нет. Не предупредить айгуров.
Летим к Заречным встревоженные. Недобитый подранок может в стойбище
такой шурум-бурум устроить, что мало не покажется. С охотником ему не
справиться, но там же дети, бабы...
Быстро разгружаем пять туш у заречных и взлетаем. Даже поговорить
некогда. Темнеть начинает, и небо тучами затягивает. Слава Летун первым
летит, его машина всеми окнами светится. А мы - за ней. Умная у него
машина. Неказистая, но умная. В любой темноте, любом тумане дорогу видит.
Посадочная площадка светом залита. Сбоку два вертолета стоят, и две
авиетки. Середину нам оставили. Садимся.
- Я знаю, где последний волк! - кричит Платон. - Мы его съели!
Припомните, сначала мы сели и добили подранков. Потом пересчитали. Потом
Сергей поднял машину, с Медведевым говорил. А затем мы сели есть. Шкуру
и недоеденную тушу айгурские охотники куда-то унесли, мы ее не сосчитали.
Правильно Ксапа говорит, словно камень с души упал.
И тут я слышу плач младенца. Оглядываюсь. Чубарка с грудничком
прилетела с нами.
- Клык, она с нами поживет, пока язык не выучит, ладно? Недолго
совсем, мы ведь скоро в хыз переселимся. Ты же не будешь ругаться?
Думаете, это Ксапа меня ОБРАБАТЫВАЕТ? Ошибаетесь. Жамах! С ума я
сойду от своих женщин.
У моих женщин теперь есть занятие на две недели. Выделывают три
волчьих шкуры. Для Фархай, Наты и Бэмби. Потом сошьют три дохи девушкам.
Кому четвертая шкура досталась, я не знаю. Но череп одного из волков
выпросил Фред-надзорщик. А какой-то чудик с Большой земли попросил
целый скелет. Нам не жалко. Мясо срезали, а кости сложили в мешок и
отдали Славе Летуну. Ранним утром он улетает в Круг. Парни поручили ему
отчитаться перед Медведевым. А мы, все, кто к айгурам летал, пошли на
склад за ножами, фляжками, топорами и прочими мелочами, что айгурам
подарили. Жамах еще свою подругу привела. Ее, кстати, Зулан зовут.
Тетя Глаша выдала ей теплый спальный мешок и полный комплект одежды и
постельного белья. На нее и на ребенка.
Платон смеется, что результат нашей экспедиции - две души и одна
вакансия. Ему смешно, а у меня в ваме разговоры только о том, как Олежек
вырастет и возьмет себе в жены дочку Зулан. Детям еще года нет, а их уже
поженить хотят. Жуть!
Вечером возвращается Слава Летун и рассказывает, что Медведев только
кипятком от восторга не писает. На такой успех первой экспедиции он и
надеяться не смел. Сергею и Платону вручает коробки с патронами, а Нате
- большой ноутбук для переписи населения и старинный значок "Ворошиловский
стрелок". Ната хихикает и прикалывает значок на грудь.
