- На груди ее могучей одна медаль висела кучей - распевно произносит
Сергей, за что тут же получает подзатыльник.
А еще Слава привез и раздал геологам, Ксапе, Нате и мне особые
мобилки. Они совсем как старые, но с ШИФРАТОРОМ НА КАНАЛЕ. То есть, никто
из надзорщиков не сможет подслушать, о чем я с Мишей по этой мобилке
говорю.
- Есть подозрение насчет надзорщиков, - загадочно намекает он, и
геологи понимающе кивают.
У вечернего костра Ксапа рассказывает обществу об экспедиции. Фархай
и Платон поправляют и дополняют. Чтоб ко мне не приставали с расспросами,
я взял Олежика, качаю тихонько. Он парень понятливый, молчит. Зато Жамах
радостная, ко мне прижимается теплым боком.
На следующий день Ксапа долго говорит с Медведевым по мобилке. И все
геологи говорят с Медведевым. Вечером Миша и мне звонит. Говорит, что
Фред надзорщик доигрался, и завтра он хочет выгнать Фреда на родину.
Спрашивает, не будет ли кто возражать? Хорошо бы подговорить ребят
так, чтоб кто-то Фреда защищал. Тогда парню будет не так обидно. Иду
советоваться с Жамах и Ксапой. Узнаю интересное - шабашники будут за
Фреда, а девки и вдовы - в один голос против. Почему? Да потому что
ПОМАТРОСИТ - И БРОСИТ. Так что я могу с чистой совестью защищать Фреда,
мой голос ни на что не повлияет. Мудр уже предупрежден, и прислушается
к голосу большинства.
Вечером Ксапа цепляет на голову повязку с фонариком. Зачем, думаю?
Оказывается, чтоб детям сказки из книжки читать. Теперь ей проще. Не
нужно самой выдумывать. Говорит, у Медведева целый отдел АДАПТИРУЕТ
литературу для нас.
Зря этот разговор начал. Ксапа теперь требует, чтоб я тренировался
читать, книжку подсовывает. "Золотой ключик или приключения Буратино".
Хочет, чтоб подсказал, можно ли это детям читать?
Прилетает Медведев. И устраивает общее собрание чудиков. Надзорщиков
тоже зовет. От наших приглашает меня, Мудра и Мудреныша. Жамах не
приглашает, но она сама приходит. Попробуй не пустить, если у нее копье в
руках! Так Медведеву и объясняю.
Собираемся в хызе, который называется Школа. Детей нет, у них
выходной.
- На повестке всего один вопрос: нарушение сухого закона, - говорит
Медведев. - Наш алкоголь попал в руки местному населению.
И делает знак Свете. Света идет к компу и включает кино. До сих пор
я видел такое кино только на маленьком экране ноутбука, а у Светы экран
как окно!
На экране я дарю ножи и фляжки шаману и вождю айгуров. Все правильно
говорю и делаю, никто из них не обиделся. Потом объясняю, как кофе с
коньяком пить. Тут Света гасит экран и зажигает свет.
- Что скажешь, Ксапа Давидовна? - спрашивает Медведев.
Ксапа чинно сидит на стуле, водит пальчиком по ладошке.
Придуривается, я же ее знаю.
- Я нечаянно. Больше не повторится... А он шаман, он настойки из
мухоморов пьет. Это позабористее любого коньяка.
Геологи от хохота только что на пол не падают.
- Сохранить полтора года фляжку коньяка ты не могла. Кто передал
тебе коньяк?
- Не скажу... - обиженно так.
- Эх, Ксапа Давидовна, пользуешься ты моей добротой. Хорошо, отдай
бутылку, и будем считать, что проехали.
- Миша, ты сказал! - Ксапа сразу веселеет, вскакивает и убегает за
дверь.
- И что теперь? - спрашивает Платон.
- А ничего, - хмурится Медведев. - Что я могу ей сделать? У нее
местное гражданство на обеих щеках прописано. Это она может меня парой
слов на Большую землю отправить.
Возвращается Ксапа. В руках - стеклянная бутылка, наполовину
заполненная темной жидкостью. Ксапа усердно протирает бутылку тряпочкой.
- Выльешь? - протягивает бутылку Медведеву. Тот открывает пакет с
ручками, и Ксапа опускает в него бутылку.
- Выпью в новый год за твое здоровье. Живи долго. Собрание закрыто.
И уходит.
- Легко отделались, - говорит Платон. - Никто ничего добавить не
хочет? Тогда расходимся.
По дороге к ваму меня с Ксапой перехватывает Ната.
- Ксапа Давидовна, тебе Фред бутылку презентовал?
- Да, он.
- И мне. И еще черт знает, скольким парням. Клык, ты не верил, что
он враг. Теперь убедился?
Печенкой чувствую, добром этот разговор не кончится. Но в чем суть,
не понимаю.
- Натусик, с этого места поподробнее, - подает голос Ксапа.
- Он всем русским коньяк дарит. Как бы, мы с Большой земли, нам
можно, мы привычные. Сухой закон введен из-за местных, им нельзя. И
ждет, гад, когда этот коньяк всплывет у местных. Ведь если раздать сотню
бутылок, хоть одна, пусть пустая, пусть случайно, но попадет не в те
руки. Вот тогда надзорщики устроят грандиозный скандал. Мол, русские
спаивают аборигенов. Полетят головы. Клык, ты в эти разборки лучше не
встревай, это провокация и политика. Мы сами разберемся.
Ксапа фыркает.
- Ты-то хорошо знаешь, что делать?
- А тебя разве Медведев не инструктировал? Сейчас ситуация работает
на нас. Прикидываемся шлангами, сидим в первом ряду, грызем попкорн. И
смотрим, как Безопасность имеет надзорщиков во все отверстия.
- Миша мне то же самое сказал, только не так образно, - хихикает
Ксапа. - Кстати, это он велел отпечатки пальцев с бутылки стереть. Мол,
мы, русские, тупые как валенки, ничего не поняли, друзей не сдаем.
И улыбаются обе, счастливые и довольные. Коварные существа - женщины,
