- Мужики, дайте совет, ну что мне с ними делать?
- А что случилось? - откладывает молоток Платон.
- Это у них надо спросить. Напали на меня.
- С оружием?
- С палками.
- А ты?
- Та ничего, стукнула лбами, чтоб дурь выбить и к вам за советом.
- Верный Глаз, ноги в руки - и Кремня сюда, - вполголоса командует
Мудреныш. Верный Глаз исчезает.
- А вы что скажете? - спрашивает Платон на нашем языке.
- Пусть она на Кремня не заглядывается. Наш он! - зло отвечает
старшая и пытается вырвать одежду из руки Светы. Света отпускает обеих
и садится на бревна. Мы с интересом переводим взгляды на Свету.
- Да шо вы на меня уставились, як в первый раз побачили? - теряется
она.
- Свет мой, солнышко, у тебя с Кремнем ничего не было? - ехидно
интересуется Вадим.
- Ничего пока, - краснеет Света. - Ну, прошлись пару раз вдоль
речки, больше ничего, шоб мне лопнуть!
- Света, это женщины Кремня. Они говорят, что ты на него глаз
положила.
- Жены, что ли?
- Они самые, - подтверждает Ксапа. - Светик, ты б сначала хоть со
мной поговорила.
- Ах он, гад ползучий! Меня младшей женой в свой гарем захотел?!
- вскакивает Света. Свирепая она похожа на росомаху. Только с медведя
ростом. И тут замечаю, что к нам идут Верный Глаз и Кремень. Кремень
только с охоты вернулся, не успел еще одежку от крови очистить. Мне
становится немного страшно за Кремня. Как бабы чудиков дерутся, мы уже
знаем. Ксапа чуть Мудреныша не одолела. А рядом со Светой она что былинка.
- Свет, - говорю я тихонько, - ты Кремня не бей. Он нам живой и
здоровый нужен.
Света оглядывается на меня, и что-то меняется в ее лице. Но еще
шире расправляет плечи и упирает кулаки в бока. Как Ксапа, когда с кем-то
ругается. Кажется, обошлось.
- Кремень! Барбос ты бесстыжий! - во весь голос кричит Света, хотя
до Кремня всего десять шагов. - Я же тебя спрашивала, есть у тебя жена,
или нет. Ты что мне сказал?
- Нет у меня жены, - удивленно отвечает Кремень. - Я вообще не
знаю, что вы этим словом называете.
- Ах ты... - и замирает с открытым ртом. Ксапа складывается пополам
от хохота. Шабашники ржут в голос. Бабы Кремня испуганно озираются на нас.
- Приплыли, - наконец, как-то устало произносит Света, ссутулясь
бредет к нам и садится на бревна между Ворчуном и Фантазером. - Мужики,
держите меня крепче, или я сейчас кого-нибудь убью.
- Кремень, этих девок ты в свой вам привел. Они тебе детей родили.
У чудиков таких женами называют, - объясняет Жамах. - Клык обо мне
заботился, меня в свой вам привел, я ему жена, понятно?
- Чего не понять? А из-за чего шум?
- У чудиков не принято много жен иметь. Света сердится, твои девки
сердятся, боятся, Свету приведешь, их забудешь.
- Я им обеим сейчас по заду настучу, сразу сердиться перестанут,
- Кремень быстро находит простое и надежное решение.
- Только попробуй! - вскакивает Света и сгребает баб Кремня себе за
спину. - Развели домострой! Идем, подруги, разговор есть, - подхватывает
обеих под локотки и уводит. Все-таки, плохо она еще наш язык знает. А бабы
Кремня русский - еще хуже.
- Так, зачем звали? - не может понять Кремень.
- Твои бабы тебя не поделили. Подрались. Ты в их разборки не
вмешивайся, - объясняет Мудреныш.
- Вроде, уже помирились, - смотрит им вслед Кремень. Света бы их
не обидела. Робкие они у меня.
Шабашники прозвали Ксапу "контролирующий орган" или "народный
контроль". Это потому что тяжелого ей поднимать нельзя, врачи запрещают,
а поговорить со своими чудиками очень хочется. Вот и не уходит со
стройплощадки, разговорами нас развлекает да советы подает. На мой
взгляд, советы толковые. А геологи говорят: "Послушай женщину, сделай
наоборот!" Ксапа сердится и обзывает их наобормотами. Под их перепалку
работать на самом деле веселее.
Первый хыз мы уже закончили. Но чудики говорят, что осталось сделать
отопление, электрику и отделку. На отопление нужен слесарь-водопроводчик.
Надо к Мудру идти.
- Хочешь, чтоб Мудр разрешил чудика привести, поторопись, - говорит
Жамах. - Скоро осень.
- И что? - насторожился Платон.
- Созревшие девки в другие края уйдут, чужие девки к нам жить
придут. Весной и осенью новые семьи образуются.
- Разве мы против? - не понимает Платон. - Нас-то это каким боком
касается?
- Нас - никаким, - загадочно улыбается Жамах. - Но я тебя
предупредила.
Я не понял, что Жамах имела в виду. Мудреныш - тоже. Хотел у Жамах
спросить, но ее Ксапа в сторонку отвела пошушукаться.
- Как, уже? - громко изумилась Ксапа. - Я водяное отопление хочу.
Сколько можно в каменном веке жить?
И потрусила вверх по косогору, скособочившись, левым боком вперед,
к ваму Мудра.
- Чего-то я не понимаю, - задумчиво протянул Платон. - Похоже,
парни, мы нарвались на очередную местную заморочку. Жамах, будь человеком,
намекни хотя бы.
- Не в моих интересах, - скалится в улыбке Жамах. - Я сама в этом
обществе пришлая.
- Конспираторы, блин, - обижается Платон. - Парни, идем к Мудру.
И мы идем к Мудру. А у Мудра в ваме айгурка Фархай плачет, Ксапа
с Бэмби ее утешают.
- Что же это вы, парни, - укоряет нас Мудр. - Девку привезли, а
приласкать никто не хочет. Обижается на вас девка.
- Так, она нас до визга боится.
