Кровь, что текла по ногам Анерики, уже лилась. Краткие до этого спазмы участились.
– Нуат, молю, – оседая на колени, вскричала девушка, – не оставь детей своих!
Ничего не происходило. Руны на алтаре не спешили гореть. Сердце лежащего на гранитном камне мужчины забилось с утроенной силой. Четыре быстрых удара, заходясь в беззвучном плаче, отсчитала Анерика, и сердце Онерга перестало биться.
Отчаяние и боль, страх и обреченность на краткий миг охватили девушку.
– Я здесь, – голос, который буквально раздавался отовсюду. Отлетал от стен и бил по плачущей девушке. Въедался в кожу и разъедал душу. Требовательный и вместе тем нежный. Анерика замерла, боясь пошевелиться.
– Ты звала меня, – ласково раздалось от дверей храма.
Все еще не веря, Анерика медленно оборачивалась. Она и подумать не могла, что богиня появится не в положенном для этого месте – на постаменте, чуть выше алтаря.
– Моя богиня, – кланяясь, насколько позволял живот, прошептала Анерика.
Она только сейчас поняла, что схватки прекратились и боли больше нет. А кровь не течет по ногам. Словно стрела, догадка пронзила ее сознание.
– Да, моя жемчужина, я остановила время, – улыбаясь уголками губ, произнесла Нуат.
Не так представляла себе богиню Анерика. Она никак не могла поверить, что хрупкая на вид, да еще и босая девушка перед ней и есть их великая богиня Нуат.
И только глаза выдавали силу и могущество, мудрость прожитых лет.
– Все должно быть не так, – потрясенно выдохнула Анерика.
Она слишком удивилась и оказалась не готова к такому приему. Она не знала, как обращаться к богине, ведь учили ее совершенно иному.
– Я могу объяснить, но ты звала меня не для этого, – покачала головой Нуат.
Она легко пересекла пространство. Казалось, не сделав даже шага.
– Неразумное мое дитя, – гладя Онерга по голове, прошептала богиня, – борьба еще не началась, а ты уже проиграл.
– Это моя вина. – Наконец Анерика смогла взять себя в руки. – Великая, прошу…
– Тсс… помолчи, – перебила девушку богиня, – я не приму твою жертву.
– Но…
– Твое дитя драгоценно, видящая, – жестко оборвала девушку богиня. – Онергу уже не помочь.
Богиня медленно обошла алтарь. Взмахнула рукой: повинуясь ее жесту, в воздух взмыло тело мужчины. Бережно оно опустилось на холодный пол.
Расширившимися от ужаса глазами Анерика следила, как Онерг покрывался льдом.
– Ложись, девочка, я приму твое дитя.
Вместе со словами богини все пришло в движение. Мир словно завертелся вокруг Анерики. Воздух накалился, девушка буквально задыхалась.
Время потеряло значение для нее. Только обжигающие прикосновения холодных рук богини. Взвившийся до потолка снег. И мелодия вьюги, нескончаемая.
– Вот и все, – улыбаясь, произнесла богиня Нуат, – разорви юбку.
Дрожащими руками Анерика исполнила ее просьбу. Она боялась смотреть на кровавый комочек в руках собеседницы. Ведь плача ребенка она не слышала и была уверена – ее сын мертв.
– Глупая, ты же слышишь биение сердца, – укоризненно покачала головой богиня, – твой ребенок жив, и его сила во сто крат превосходит твою.
Нуат бережно завернула ребенка в лоскут из разорванной юбки и передала Анерике.
Та, все еще не веря услышанному, приняла драгоценный сверток.
Медленно она спустилась с алтаря. Как только девушка отошла от него, тело Онерга вновь пришло в движение. Оно плавно опустилось на холодные камни, где до этого и должно было быть. Сама же богиня оказалась на постаменте, где, по словам старейшин, и должна была появиться.
– Говори, зачем звала меня, – грозно потребовала Нуат.
От ее теплоты и нежности не осталось и следа. На мгновение сердце девушки сжалось – неужели Великая Мать все же заберет ее сына?
– Великая! – падая на колени и крепко прижимая к себе ребенка, воскликнула Анерика.
Значимость Онерга в этом мире была велика, но что она по сравнению с материнской любовью? Тем более когда сын на руках матери?
Вдруг в голове девушки раздался тихий шепот богини:
«Не глупи. Проси, не бойся».
Один-единственный взгляд на непроницаемое, холодное лицо покровительницы – и Анерика решилась.
– Молю, Великая, не оставь достойного сына твоего. Подари ему дыхание!
– Взамен я возьму твой дар, – глядя на Анерику, произнесла богиня Нуат.
– Я согласна, – громко ответила девушка.
Она прекрасно понимала, что без своего дара видящей станет уязвимой. О тех послаблениях, что делались ей кланом, можно будет забыть.
В храме закружилась метель. Сердце девушки бешено колотилось. Вверх устремился столб снега. На мгновение он замер и с силой обрушился вниз.
Но не коснулся пола. Исчез, словно и не появлялся вовсе.
– Он пойдет за тобой, – повсюду и ниоткуда раздался голос богини, – отведи его в тронный зал. Там ему самое место.
Когда Анерика открыла глаза, покровительницы северных пайри в храме не было. Но не это заставило девушку вскрикнуть.
Она смотрела на Онерга и не узнавала его. Перед ней стояла статуя. Ледяная статуя горячо любимого родственника. Девушке понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что произошло.
Онерг вернулся к истокам. Он стал тем, кем изначально были его предки. И только приняв любовь, он вновь обретет кровь и плоть.
