— Ты тоже не в счет, — промолвил Трент, изобразив улыбку. — Это правило распространяется на людей и тех, кто к ним очень близок, чем ближе, тем сильнее распространяется. Вот насчет тебя, Глоха, я не совсем уверен: ты хоть и взрослая и очень похожа на человека, но все же другого происхождения. Но заметь, из всей нашей компании в способности Храповика трудно поверить тебе одной. Думаю, если ты присядешь на кровать, то сомнений у тебя не останется.
— Это можно проверить.
— Можно, — согласился Трент, — но у нас есть дела поважнее. Эта долина находится как раз на линии, по которой мы движемся, из чего следует, что решение одной, а то и всех наших проблем вполне может быть найдено именно здесь. Поэтому местность надлежит тщательнейшим образом обследовать. Тем более что дальше на юго-восток расстилаются Вековечные Поля, куда лучше бы вообще не соваться.
Глоха слышала об этих полях, попав куда можно застрять там на
— Вряд ли мне удастся найти здесь своего суженого, — сказала она, — а поскольку непохоже, чтобы у фавнов и нимф водились души, Косто здесь тоже искать нечего.
— Пути магии неисповедимы, — улыбнулся Трент. — Конечно, мы можем ничего не найти, но тем не менее не должны пренебрегать никакой возможностью. Нам не следует уходить отсюда, покуда не станет ясно, что ничего интересного для нас тут действительно нет.
Волшебник, безусловно, был прав, однако кое-что Глоху смущало. Ей вовсе не улыбалось задерживаться в краю, где все поголовно беспрерывно занимались… не тем, чем следовало, тем паче что некоторые ее спутники мужского пола вполне могли счесть это занятие интересным.
— Давайте устроим привал, но не в самой долине, а рядышком, — предложила Метрия.
Глоха поймала себя на том, что демонесса начинает ей нравиться.
— Давайте, — поддержала она это предложение.
— Как хотите, — отозвался Трент с широкой улыбкой. Лагерь устроили на берегу сбегавшей к озеру речушки.
Волшебник занялся тентом, пирогами и всем прочим, тогда как остальные, пользуясь тем, что до темноты еще оставалось время, принялись осматривать местность. Великан всматривался в окрестности с высоты своего роста, Метрия возникала то здесь то там, Косто бродил по округе, распугивая живые существа, но никто ничего не обнаружил.
Глоха, сделав несколько кругов, присоединилась к Тренту, который, превратив что можно в то, что нужно для привала, глубоко задумался.
— О чем размышляешь? — поинтересовалась девушка.
— Пытаюсь понять, имеет ли тайна исчезновения нимф какое-либо отношение к нашим поискам.
— Как это может быть? — без интереса спросила Глоха.
— Во-первых, это само по себе тайна, заслуживающая того, чтобы ее разгадать. Но что, если пропажа нимф как-то связана с нашими проблемами? Подумай, может быть, на свежую голову тебя посетят интересные идеи.
— Как может быть связано с этим нечто или некто, способное поделиться с Косто половинкой души, исцелить Велко и свести меня с моим суженым? — уточнила Глоха.
— Да. Кстати, насчет последнего пункта у меня тоже есть кое-какие сомнения, — промолвил волшебник. — Положим, мы найдем-таки крылатого гоблина. Но с чего ты решила, что он будет мужчиной твоей мечты?
— О чем ты? — воскликнула девушка. — Разве может быть иначе? Ведь мы с ним будем единственными представителями своего вида!
— Так-то оно так, — вздохнул волшебник. — Но мне, например, очень редко попадались гоблины мужского рода, с которыми было бы приятно иметь дело.
И тут Глохе стало нехорошо. Она вдруг поняла, что крылатый гоблин это тоже гоблин, а значит, ему могут быть присущи обычные недостатки, свойственные мужчинам этого племени. Гоблин, как правило, безобразен, груб, раздражителен, несдержан и зачастую туп. Во многом он похож на гарпию, хотя та относится к женскому полу. И зачем ей, спрашивается, такой муж?
— Неужто весь этот поиск был напрасен? — воскликнула девушка со слезами на глазах.
— Вовсе не обязательно, — возразил Трент. — Возможно, дело в том, что ответ на твой вопрос вовсе не таков, как тебе казалось. Возможно, ты ищешь не крылатого гоблина, а себя.
— Я этого не понимаю! — крикнула Глоха и выбежала из-под навеса. Она знала, что от правды не убежишь, но ей требовалось время, чтобы разобраться в одолевавших ее противоречивых чувствах.
