Двери не закрываются.
Ужасно! Двери открываются.
O TEMPORA! O MORES! И пришлось тебе в сей день и сей час народиться (авторский перевод на родной язык).
Настроение было приподнято невидимой, но реально осязаемой силой. Оно возникло с самого раннего утра, вернее, я уже проснулся с ним. Это не было ощущение грядущего праздника государственного масштаба, это был маленький праздник маленького тела и временно уставшей души. Я даже услышал приветственные крики и бурные аплодисменты, переходящие в несмолкаемые.
Каждый по-своему ЛЕТАЕТ в космос, откуда всё видится в совершенно другом ракурсе, и пляшут перед глазами непонятные знаки, превращая все внутренности во вселенский хаос. Никто не ведает про то, где родишься, где помрёшь, где найдешь, что потеряешь, ну а где и с кем напьешься, сие тайна невеликая. Я посмотрел на себя в зеркало. Иногда себя можно просто любить, иногда жутко ненавидеть, но уважать как достойного собеседника я себя просто обязан. Хороший тост, жизнеутверждающий.
Воззрите на мир, возлюбите его!
В простоте и сокрыта особая сила, и есть непостижимый смысл. Об успехах в работе, великих достижениях, гениальных открытиях, инновациях сказано и написано, безусловно, много, но как подумаешь о крепкой пьянке, остальное довольно быстро меркнет и отступает на второй план. Я имею в виду действительно пьянку, а не философские разглагольствования за кружкой пива или фужером вина об открытиях, достижениях, инновациях и вообще о глобальных мировых процессах.
Всё распалось, разбилось, как зеркало, упавшее с великой высоты. Оно рухнуло, несмотря на все жалкие попытки удержаться на должной орбите, и рассыпалось на тысячи маленьких частиц. Не наш холодный ум, а неуёмная жажда терзания, горящие глаза и ловкие недрогнувшие руки из огромного количества отломков собирают аккуратно, чтобы не рассыпать, слово «грех».
Лучше с утра пораньше водка, нежели селёдка.
От неё, окаянной, потом весь день пить хочется и характерный запах изо рта, однако. Если водка с утра, то и жажда сильно не терзает, и настроение растёт, как на дрожжах, ибо продукт-то хлебный, а запах — ну, ежели он тебе не нравится, не нюхай! В школу ходил, значит, учителя должны были довести до твоего скудного ума, что хлеб — всему голова. Здесь место для полноценного отдыха и зарождения умной и тонкой в определённом понимании мысли, а не распродажа дешёвого освежителя полости рта. Они, конечно, тоже имеются в наличии, но они опять же все, как на подбор, один к одному, с запахом хлеба и дрожжей. Вот такая простая философия. Проще не бывает, и некоторые постигают её всю свою сознательную, увлекательную и полную многочисленных событий жизнь.
Мне было трудно уяснить, почему именно в этот краткосрочный отпуск я решил заняться вариантом классического народного творчества — вышиванием по дереву, говоря более простым, общедоступным языком — крепким, неудержимым пьянством.
Здесь не сцена, и паузы совершенно не нужны, я бы сказал больше — они неуместны. Я бы сказал еще более точно: совершенно недопустимы.
Первую задачу, которую необходимо было решить, — это избавиться от всех контактов с окружающим и давно свихнувшимся миром. Не успел. Эти бестолковые и бестактные звонки в утреннее время! Но ни в коем случае нельзя терять над собой контроль. Очередной звонок, очередная бестактная, наглая человеческая выходка, ибо звери самостоятельно звонить по мобильному не научились, и вообще-то знакомых зверей у меня нет, пока нет. Я полагаю, почти нет. Насколько я понимаю, время ещё не пришло. Новый звонок. Да-а-а, если человек упёрся и окончательно потерял совесть, его невозможно остановить, хотя попытаться иногда стоит.
— Слушаю, весь в ожидании, напряжении и с возможным усердием внимаю и понимаю. Можете говорить, только покороче.
— Доброе утро, милый.
— Доброе…
— Поздравляю!
— С чем?
— С отпуском.
— Спасибо.
— Чем занимаешься?
— Ты меня очень расстроил. Ну, зачем так рано и до такой степени? Я хотела приехать вечером, и вместе бы отметили.
