Аня мотнула головой. Ей никуда не хотелось, а тем более в компании с Женькой. И пусть сама решила попробовать все с нуля, чувствовала себя сковано, напряженно, словно она ему чем-то обязана. Мысли возвращались к Виктору, его абсурдным и корявым оправданиям в кафе. Ей втирал про возраст, а сам крутит роман с другой молодухой на глазах у всего универа… В этот момент хотелось, чтобы Виктор видел ее в Женькиных объятиях и приревновал. Правда, это только мечты. Даже если она на его глазах будет целоваться с другим, Виктор равнодушно пройдет мимо…
— Никуда не хочется… — Взгляд скользнул по голубям сновавшим под ногами у входа в метро. Вспомнились птицы, облюбовавшие ветки тополей за окном универа, обжигающий взгляд лазурных глаз… — Может, купим хлеба и пойдем в парк — покормим птиц?
— Хорошо, — в голосе Женьки послышались нотки удивления. — Птиц, так птиц…
В шесть Аня добралась домой. Посиделки в парке долго не затянулись. Во многом — из-за тягостного молчания, повисшего между ней и Женькой. Аня, не глядя, бросала оторванные от батона куски на дорожки на радость воробьям и галкам. Женька — смотрел на нее и вздыхал, неуклюже пытался обнять, но тут же убирал руки. С ним Аня ощущала себя пойманным ежиком в клетке. Когда-то у нее был такой, колючий, забавно фыркающий… Но в плетеной корзинке посреди ее комнаты, он грустил — не шевелился, печально вздыхал, а иногда ей и вовсе казалось, что зверек плачет. Уговоры и ласка не помогли — и Аня, собрав волю в кулак, отнесла казавшегося диковинным зверька в ближайший парк…
Предаваясь размышлениям, она зашла в ванную, стянула сарафан, повернулась и застыла. Точно так же на пороге замер Сергей.
— Привет… — ошарашено произнес он.
— Занято, — пробурчала Аня. Только тут дошло, что кроме просвечивающего нижнего белья на ней ничего нет. «Вот хам! — пронеслось в голове. — Стоит и пялится! А еще маме втирает, что любит!» Вслух добавила, переходя на крик. — Вас ничего не смущает?! Выйдите вон, в конце концов!
— Так ведь не заперто… Стоп! — Сергей, уже повернулся, чтобы ретироваться, но остановился. Резко хлопнул дверью, проходя в ванную, остановился в шаге от Ани, уставился на нее в упор. — Не кажется, что нам пора поговорить?
— Нет, — буркнула она. — Мне без вашего общения неплохо живется.
— Очнись, куколка! Ты не мне делаешь плохо своим поведением, ты матери вредишь! Думаешь, она не видит, что мы с тобой не общаемся?
— Если надо будет, она сама заговорит об этом. А вы мне — никто, чтобы мозг промывать! — огрызнулась Аня.
— Я тебе хуже, чем никто. Я тот, кто хочет, чтобы твоя мать была счастлива! И если ты думаешь иначе — это твои проблемы! Будешь дальше меня игнорировать — возьмусь за тебя капитально.
— И что же вы сделаете? Ремнем отлупите?
— А хоть бы и так! — в глазах Сергея мелькнула решительность. Аня, холодея, поняла, что он не шутит.
— Делайте, что хотите, можете вообще убить — мне все равно! — выкрикнула она. В душе и впрямь разлилось безразличие и усталость. — Наверное, тогда вы с мамой и впрямь будете счастливы!
— Да что ты говоришь-то?! Вылезь уже из подростковой шкуры и задумайся, каково матери смотреть, как страдает ее ребенок?
Из-под нахмуренных бровей, Аня окинула Сергея взглядом — ведь не шутит… и не лжет. И правда хочет, чтобы у них все наладилось. И почему она зациклилась только на себе? Привыкла видеть окружающих только сквозь призму собственного Я… Что ж, пусть сегодня будет день розданных шансов.
— Хорошо. Мир, — она протянула Сергею руку, натянуто улыбнулась. Все-таки, неприязнь к нему еще копошилась внутри. — Но если будет какой косяк с вашей стороны — пощады не ждите.
— Согласен, — он ответил на улыбку, пожал ее руку. — Взаимно. Кстати, ты тут надолго застряла?
— Нет, собственно, даже не помню, зачем пришла.
Аня подцепила сарафан, обогнула Сергея и задом вышла из ванной, покрываясь красными пятнами стыда. Только сейчас дошло, что она все это время так и не прикрылась. Он, конечно, не пялился, или она не заметила этого, но все равно — неудобно получилось.
— Вспомнишь — приходи, — шутливо крикнул он вслед, распахнув дверь. — И давай — на ты, хорошо?
— Ладно! — ответила Аня и скрылась в своей комнате.
Железная дверь родной квартиры — как островок спасения от рабочей суеты. Последнее время Марина все с большим отвращением думала про бизнес. Напряженные битвы за клиентов, прибыль и прочее выматывали, и казалось, что с каждой отвоеванной победой становится тяжелее тащить его на плечах. Не раз в голову приходили мысли найти партнера или передать дело в надежные руки. Но более-менее шустрые первые уходили в собственное плавание, а недавний кандидат и вовсе не оставил ничего, кроме негатива и долгов. А насчет последнего… Пару лет назад Марина мечтала, что натаскает Анюту, но она оказалась далека от коммерции. То ли возраст еще не тот, когда хочется расталкивать оппонентов, добиваясь успеха, то ли нет торговой жилки. С недавних пор Марина стала задумываться насчет Сергея, но пока дальше размышлений дело не шло.