- А кто Вам сказал, что у меня их нет? Благодаря одному хорошему синигами мне в руки попали очень интересные документы, в которых подробно написан план по уничтожению бедных районов Руконгая. Также указаны имена синигами, которых Вы хотели туда отправить, чтобы они сделали всю грязную работу, а потом, после операции, Вы намеревались их всех убить, чтобы меньше душ знало, что это именно Вы отдали приказ. В этот же список входят и лейтенанты Сюхей, Кира и Момо. Вам совсем не нужно было, чтобы они доказывали свою преданность совету 46.
- Но этого не может быть! Эту информацию никто не мог видеть. Как она вообще могла попасть Вам в руки?
- Вот что и требовалась доказать. Вы только что сами себя выдали.
- Но… Но ведь это все было во благо Сейрейтея. Ведь все эти отбросы общества только мешают процветанию нашего мира!
- Вместо того чтобы решить проблему бедности в Руконгае, Вы просто решили истребить бедные души, как будто их никогда и не было. Нагло игнорируется тот факт, что среди всех этих душ есть не только воры и убийцы, и они не заслуживают того, чтобы погибнуть по Вашей прихоти. И поэтому я предлагаю оставить Ичимару Гина и остальных в живых: бывший капитан 3 отряда согласился снизить уровень бедности в Руконгае, тем самым он искупит свое предательство перед всем обществом душ.
- Но мы не можем позволить, чтобы предатель…, - но тут капитан Кьераку перебил одного члена из совета.
- Достаточно. Или сейчас Вы соглашаетесь на мои условия, или я лично добьюсь организации нового состава совета 46. И еще одно: если Вы захотите в будущем нам как-то помешать, то не советую. Я все равно узнаю, и в этом случае никто не будет застрахован от случайного попадания под влияние моего банкая. Он очень своенравный и иногда меня не слушает.
- Вы нам угрожаете?
- Конечно же нет, даю просто дружеский совет. Так давайте же проголосуем! Прошу поднять руку тех, кто из присутствующих синигами согласен с тем, чтобы Ичимару Гина и остальных нужно оставить в живых, - все подняли руку, кроме совета 46, но было ясно, что они не могут ни на кого повлиять.
- Думаю, что дело можно считать закрытым. Снимите со всех наручники.
После суда Ичимару с остальными направился в кабинет капитана Кьераку. А другие синигами, которые присутствовали на прослушивании, начали расходиться, чтобы заняться своими делами.
***
После этих событий прошло больше месяца. Мне было спокойно от того, что Гин остался жив, и он в полном порядке. Но с каждым днем мне становилось все грустнее из-за того, что мы снова вернулись к тем отношениям, которые у нас были, когда Гин был капитаном 3 отряда. За все это время мы с ним ни разу не поговорили. Почти все время Гин с Акихиро и другими проводил в кабинете командира. А если мы с ним где-то случайно виделись на улицах Сейрейтея, то он сразу старался как можно быстрее от меня скрыться, даже со мной не поздоровавшись. Бывали дни, когда я серьезно была намерена поговорить с Гином, но как назло нигде не могла его найти, как будто он испарялся в воздухе.
И вот снова еще один день, в котором я ни разу не увидела Гина. Уже вечером направилась к кабинету капитана, чтобы отдать ему очередной отчет о патрулировании в Каракуре. Но, как оказалось, капитана в кабинете не было. Сначала я хотела положить документы на его стол и просто уйти, но потом, резко передумав, решила все-таки подождать. Через пять минут открылась дверь, и я сразу увидела, как зашел Гин и только потом – капитан. Но тут вдруг за считанные секунды все меняется: капитан резко выходит из кабинета, захлопнув дверь, и мы с Гином остались наедине.
- Капитан, что это за шутки?! - злобно я прокричала на весь кабинет. – А ну немедленно вернитесь, и я отдам Вам этот дурацкий отчет.
- Извини, Мацумото, но в данный момент я не могу открыть дверь и выпустить тебя с Ичимару. Вы будете сидеть в моем кабинете до того момента, пока друг с другом не поговорите и не придете к какому-то решению в своих отношениях. А то ходите вокруг да около, как не знаю кто, и не можете никак разобраться. Хоть ты мне и не нравишься, Ичимару, но я хочу, чтобы Рангику была счастлива, и по-настоящему счастливой ее сделать можешь только ты. Поэтому я даю вам час для того, чтобы во всем разобраться, - и потом мы с Гином услышали, как шаги капитана начали отдаляться от кабинета.
Несколько минут прошли в полной тишине. Я все это время гневно смотрела на Гина, он же в свою очередь смотрел куда угодно только не на меня. Когда прошло больше пяти минут, я решила нарушить тишину: данная ситуация меня только раздражала.
- Ты будешь и дальше так молчать или, может, скажешь хоть что-нибудь?
- Честно, я не знаю, что тебе сказать.
- Не знаешь. Вот значит как… Ах ты, скотина, - и тут в Гина полетела кипа документов, которая лежала на столе капитана. На тот момент меня совершенно не волновало, важные ли это документы или нет. – Ты просто омерзительный, ужасный, подлый трус. Ты за все это время ничего мне не сказал и даже не пытался начать со мной разговор.
