– А вам лучше уйти. Вдруг вы тоже попадёте в наш мир?
– Ну уж нет, – сморщилась Фрэнсис. – Кареты без лошадей? Это как вообще?
– Удачи, – улыбнулась Снежка.
Я заметила, что Тара взяла Джона за руку. Ура! Мы помахали им всем на прощание, когда они выходили из комнаты.
– Габриэль-Габриэль, ты не знаешь, почему зеркало в нашем подвале нас сюда отправило?
– Спросите Марирозу, – ответило мне зеркало.
– Кто такая Марироза? – спросил Джона. – Она внутри нашего зеркала в подвале?
– Она сама представится, когда будет готова. А теперь вам пора.
Я вздохнула. Хотелось разузнать побольше! Понять, что произошло.
Но сейчас я хочу только вернуться домой. Очень-очень сильно.
– Не прихватить ли с собой мебель? – предложила я. – Маме бы понравилась эта кровать.
– Снежке она тоже понравится, – заметила Габриэль. – Так что не стоит. К слову, о родителях: не рассказывайте им о том, что с вами произошло. Это важно.
– Почему? Мы им всё рассказываем. – Почти.
– Это слишком опасно.
– Для кого? Для нас? Для них? Тебя? Марирозы?
– Я уже и так сказала слишком много.
Отражение в зеркале завертелось, и в этой воронке я начала различать какие-то образы: письменный стол, коробки… Да это же наш подвал!
– Это он, – сказала я.
– Чего же вы ждёте? Проход открыт. Входите!
Я глубоко вдохнула и ухватила Джону за руку. Мы шагнули в зеркало.
Оно загудело, и мы вышли в нашем подвале.
Я оглянулась на зеркало. Ровное. Нормальное. Обычное зеркало.
Словно ничего и не было. Словно ничего странного не произошло.
– Эй? – позвала я. – Тут есть кто-нибудь?
Тишина.
Всё закончилось. На самом деле закончилось.
Или вроде того. В подвале царил беспорядок. Пропали все книги по юриспруденции и компьютерное кресло. Упс.
– Интересно, что будет, если я постучу ещё разок, – полюбопытствовал Джона, протягивая руку к зеркалу.
Я едва успела схватить его за руку.
– Не смей!
– Мы дома! – радостно закричал он, взбегая вверх по лестнице. – Давай расскажем всё маме с папой!
– Погоди!
Я пошла за братом. Поднялась по лестнице и осторожно закрыла за собой дверь. Первый этаж был залит солнечным светом. Я проскользнула в кухню, чтобы взглянуть на часы на микроволновке. Половина седьмого утра. То же время, что на моих часах.
Значит, я всё-таки была права. Здесь время шло медленнее. Ну или мы отсутствовали много дней!
Я проверила дату на мамином смартфоне. То же утро, в которое мы исчезли! Отлично!
– Пойдём к маме с папой! – позвал Джона.
Я кивнула и прижала палец к губам. Мы тихо взобрались вверх по ступенькам, и я аккуратно приоткрыла дверь.
– Я хочу поспать с ними, – прошептал Джона.
– Я тоже, но мы воняем и одеты в чужую одежду. – И туфельки. Ой, мои тапочки остались у Снежки! Прощайте, тапочки. Я буду по вам скучать.
Джона взглянул на свой тесный наряд.
– Да, точно.
– К тому же мама с папой могут испугаться, если мы залезем к ним в кровать. – Я закрыла дверь в комнату родителей и пошла к своей.
– Спокойной ночи, – сказал Джона.
– Доброго утра, – улыбнулась я и обняла брата. – Мне будет не хватать твоих ног у моего лица.
Он засмеялся, и я снова сказала:
– Тс-с!
Оказавшись в своей комнате, я разделась и кинула грязную одежду в корзину для белья. Скинула туфельки Белоснежки, натянула чистую пижаму и юркнула в кровать. У меня полчаса до побудки, и я использую их с умом.
Дети, просыпайтесь! Пора собираться в школу!
Я открыла глаза. В своей постели.
Ура! Я дома! Дома! Дома! На моих часах и на будильнике семь утра.
Интересно, было ли наше путешествие сном?
Я подбежала к корзине для белья. В ней валялись юбка и майка Снежки. Её туфельки стояли у комода. Нам не приснилось!
Мы правда там побывали!
Я подняла взгляд и обратила внимание на свою шкатулку. А вот и Снежка! Минуточку, на ней что-то новое. Это… моя лаймово-зелёная пижама?! Боже мой! Мы и вправду изменили её историю!
Я побежала в комнату Джоны. Его часы позеленели, но он крепко спал. Я нырнула под одеяло.
– Это не сон! Всё было наяву!
– Я устал, – проворчал Джона. – Конечно, было. Почему нет?
Я сбежала вниз по лестнице. Мама с папой сидели на кухне. Они пили кофе и листали утреннюю газету. Я обняла их обоих.
– Я вас люблю! – Надеюсь, они не хватятся своих книг по юриспруденции. И компьютерного кресла.
Мама насыпала мне в миску разноцветные хлопья с зефиром. Ура! Как я по ним скучала! Вкуснятина! Больше никакой мерзкой каши!
В кухню вбежал Джона.
– Мама! Папа! Представляете, мы с Эбби плавали с летающими крокодилами! Круто, да? – Он плюхнулся на стул.
Я опустила ложку и сурово посмотрела на брата. Зеркало попросило нас ни о чём не рассказывать. Не то чтобы мне хотелось врать родителям. Но вдруг это опасно? Вдруг мы
– Наверное, было весело, – сказал папа и подмигнул мне. Конечно, он ему не поверил.
– Ух ты, Джона, ты какой-то чумазый, – заметила мама. Она взглянула на меня. – Ты тоже, милая. Вы вчера не приняли ванну?
Джона кивнул.
– Да я помылся, но…
– Мы кое-что искали в подвале, – быстро вставила я. – Там было очень пыльно.
