— Пятнадцать раундов, а я все равно красивый! — восклицает Джером, размахивая руками над головой. Одилл прижимает уши. — Все равно красивый! Этот скверный старый медведь Сонни Листон не достал меня! Я порхал как бабочка, я жалил…[21] — Видит, что Ходжес терпеливо ждет завершения. — Ладно, ладно, иногда меня заносит. Где вы собираетесь его ждать?
— По нашему плану — перед школой. Перед главным входом.
— Не все им пользуются, и он может ускользнуть, особенно если Тина проболтается, что говорила с вами. — Джером видит, что Ходжес хочет его перебить, и поднимает руку. — Она обещала, что ничего не скажет, но большие братья знают маленьких сестренок, можете поверить человеку, у которого есть сестра. Если ему станет известно, что кто-то хочет его расспросить, он может уйти задами и выбраться через футбольное поле на Уэстфилд-стрит. Я могу припарковаться там и позвонить, если увижу его.
— Ты знаешь, как он выглядит?
— Да, Тина показала мне фотографию из ее бумажника. Позвольте мне поучаствовать в этом, Билл. Барби нравится эта девочка. Мне она тоже понравилась. И она показала характер, обратившись к вам, пусть моя сестра и командовала парадом.
— Знаю.
— Опять же, мне чертовски любопытно. Тина говорит, деньги начали приходить, когда ее брату было только тринадцать. Совсем мальчишка, и такие деньги… — Джером качает головой. — Неудивительно, что у него проблемы.
— Согласен. Ладно, если ты этого хочешь, ты в деле.
— Брат!
Разумеется, за этим следует очередной удар кулака о кулак.
— Ты учился в Нортфилде, Джером. Там есть еще какой-нибудь выход, кроме главного и на Уэстфилд-стрит?
Джером думает.
— Если он спустится в подвал, то попадет к прежнему месту для курения. Дальше через конференц-зал можно выйти на Гарнер-стрит.
— Я отправлю туда Холли, — решает Ходжес.
— Отличная идея! — восклицает Джером. — Вся команда в сборе! Как я и говорил!
— Но если увидишь его, не подходи, — уточняет Ходжес. — Только позвони. Говорить с ним буду я. Холли я скажу то же самое. Хотя она и сама не подойдет.
— При условии, что вы нам все расскажете.
— Расскажу, если будет что, — отвечает Ходжес в надежде, что не дает поспешного обещания. — Завтра приезжай в мой офис в Тернер-билдинг около двух. Выезжаем в два пятнадцать. В два сорок пять — на позициях.
— Вы уверены, что Холли справится?
— Да. Наблюдение — это для нее. Проблемы возникают при конфронтации.
— Не всегда.
— Да, — соглашается Ходжес. — Не всегда.
Оба думают о конфронтации — в ЦКИ с Брейди Хартсфилдом, — в которой Холли показала себя с наилучшей стороны.
Джером смотрит на часы:
— Должен идти. Я обещал отвезти Барбару в торговый центр. Она хочет часы «Суотч». — Он закатывает глаза.
Ходжес ухмыляется:
— Люблю твою сестричку, Джером.
Тот ухмыляется в ответ:
— Если на то пошло, я тоже. Пошли, Одилл. Шевели лапами.
Одилл встает и идет к двери. Джером берется за ручку, потом оборачивается. Он больше не улыбается.
— Вы ездили туда, куда я думаю?
— Возможно.
— Холли знает, что вы у него бываете?
— Нет. И не говори ей. Ее это сильно расстроит.
— Да. Конечно. Как он?
— Без изменений. Хотя… — Ходжес думает о том, как упала фотография.
— Хотя что?
— Ничего. Он без изменений. Окажи мне услугу, попроси Барбару связаться со мной, если Тина ей позвонит и скажет, что ее брат каким-то образом прознал о моем пятничном разговоре с девочками.
— Обязательно. До завтра.
Джером уходит. Ходжес включает телевизор, и его ждет приятный сюрприз: «Индейцы» еще играют. Счет равный. Идут дополнительные иннинги.
Холли проводит воскресный вечер в своей квартире, пытается смотреть «Крестного отца-2» на компьютере. Обычно это занятие доставляет ей большое удовольствие, поскольку она считает, что это один из двух или трех лучших фильмов всех времен и народов, наряду с «Гражданином Кейном» и «Тропами славы», но сегодня она то и дело прерывает просмотр, чтобы в тревоге покружить по гостиной. Места для кружения хватает. Эта квартира не такая роскошная, как в кондоминиуме на берегу озера, где она жила первое время после переезда в город, но достаточно большая, и район респектабельный. Холли может позволить себе аренду: по завещанию кузины Джейни она получила полмиллиона долларов. Конечно, пришлось уплатить налоги, но все равно это большая сумма. И благодаря работе у Билла Ходжеса сумма эта растет.
Кружа по комнате, Холли бормочет любимые фразы:
— Мне не нужно убивать всех — только моих врагов.
— Как сказать по-испански «банана дайкири»?
— Это твоя страна, а не твоя кровь, запомни это.
И разумеется, самую знаменитую:
— Я знаю, это был ты, Фредо. Ты разбил мне сердце.
Если бы она смотрела другой фильм, то повторяла бы другой набор цитат. Эту форму самогипноза Холли использовала с тех пор, как в семь лет посмотрела «Звуки музыки». (Любимая фраза: «Любопытно, какой у травы вкус».)
Думает она о записной книжке «Молескин», которую брат Тины так быстро спрятал под подушку. Билл уверен, что записная книжка не имеет отношения к деньгам, которые Пит посылал родителям, а Холли в этом сомневается.
