Кто нашел, берет себе полностью

Она всю жизнь вела дневник, записывала в него фильмы, которые посмотрела, книги, которые прочла, людей, с которыми разговаривала, время, когда вставала, время, когда ложилась. И время, когда справляла большую нужду, но в зашифрованном виде (а вдруг кто-то прочтет дневник после ее смерти?): СНГ, что означало «сходила на горшок». Она знает, что это ОКП, то есть обсессивно-компульсивное поведение. Они с психотерапевтом обсуждали, что навязчивое составление списков — одна из форм магического мышления, но это никому не вредит, и если ей хочется вести списки в записных книжках «Молескин», это только ее дело. Речь о том, что она знает о «Молескинах», а потому знает, что эти записные книжки стоят дорого. За два с половиной доллара в «Уолгринс» можно купить блокнот на спирали, но «Молескин» с таким же количеством страниц обойдется в десять баксов. Зачем подростку потребовалась такая дорогая записная книжка, особенно если семья остро нуждалась в деньгах?

— Нелогично, — говорит Холли. И словно в продолжение этой мысли добавляет: — Оставь пистолет. Захвати канноли. — Это из первого «Крестного отца», но все равно хорошая цитата. Одна из лучших.

Отправь деньги. Сохрани записные книжки.

Дорогая записная книжка засовывается под подушку, когда младшая сестра внезапно заходит в комнату. Чем дольше Холли об этом думает, тем крепче ее уверенность, что это неспроста.

Она включает фильм, но не может следовать за столь хорошо знакомым и столь любимым сюжетом, когда в голову лезут мысли о записных книжках, и Холли совершает неслыханный для нее поступок: выключает компьютер прежде, чем соберется лечь спать. После этого возобновляет кружение по комнате, сцепив руки за спиной.

Отправь деньги. Сохрани записные книжки.

— И временной промежуток! — сообщает она пустой комнате. — Не забывай про это!

Да. Семь месяцев спокойной жизни между днем, когда иссякли деньги, и началом странного поведения Зауберса. Ему потребовалось семь месяцев, чтобы придумать способ добыть больше денег? Холли думает, что так оно и есть. Холли думает, что у него появилась идея, но идея эта оказалась не из лучших. Из-за нее Зауберс попал в серьезную передрягу.

— Что приводит человека к беде, когда дело касается денег? — спрашивает Холли пустую комнату, кружа по ней все быстрее. — Воровство приводит. А также шантаж.

В этом все дело? Пит Зауберс пытался кого-то шантажировать насчет содержимого этого «Молескина»? Что-то насчет украденных денег? Только как Пит мог шантажировать кого-то насчет денег, которые он сам и украл?

Холли идет к телефону, протягивает руку, потом отдергивает. Почти минуту стоит неподвижно, жует губы. Она не привыкла проявлять инициативу. Может, ей лучше сначала позвонить Биллу, спросить, правильно ли она все делает?

— Хотя Билл не думает, что записная книжка имеет значение, — делится она с гостиной. — Я думаю иначе. И я могу думать иначе, если мне того хочется.

Холли хватает мобильник с кофейного столика и звонит Тине Зауберс, прежде чем успевает испугаться собственной прыти.

— Алло! — с тревогой произносит Тина. Чуть ли не шепотом. — Кто это?

— Холли Гибни. Ты не видишь моего номера, потому что он не внесен в телефонный справочник. Я очень осторожна со своим номером, хотя тебе дам его с радостью. Мы можем болтать в любое время, потому что мы — подруги, а для этого подруги и нужны. Твой брат вернулся домой?

— Да, около шести, мы как раз заканчивали обед. Мама сказала, что жаркого и картошки достаточно, она ему подогреет, если он хочет. Но он ответил, что на обратном пути они заехали в «Денниз». Потом поднялся в свою комнату. Отказался даже от клубничного торта, который так любит. Я очень за него волнуюсь, мисс Холли.

— Можешь называть меня Холли, Тина. — Она ненавидит «мисс», это слово напоминает ей комариное жужжание над ухом.

— Хорошо.

— Он тебе что-нибудь сказал?

— Только «привет», — тихо отвечает Тина.

— И ты не рассказала ему, что в пятницу приходила в офис с Барбарой?

— Господи, нет!

— Где он сейчас?

— В своей комнате. Слушает «The Black Keys». Я ненавижу «The Black Keys».

— Да, я тоже. — Холли понятия не имеет, кто такие «The Black Keys», хотя может назвать весь актерский состав «Фарго». (Лучшую фразу в этом фильме произносит Стив Бушеми: «Раскури эту гребаную трубку мира».)

— Тина, у Пита есть близкий друг, которому он бы мог рассказать о том, что его тревожит?

Тина думает. Холли пользуется паузой, чтобы схватить пластинку жевательной резинки «Никоретте» из открытой упаковки, лежащей рядом с компьютером, и бросить в рот.

— Вряд ли, — наконец отвечает Тина. — Наверное, в школе у него есть друзья, его знают многие, но единственным близким другом Пита был Боб Пирсон, который жил в нашем квартале, а они в прошлом году переехали в Денвер.

— А как насчет подружки?

— Он довольно много времени проводил с Глорией Мур, но они разбежались после Рождества. Пит сказал, что она не любит читать, а ему не по душе девушка, которая не дружит с книгами. — И она печально добавляет: — Мне Глория нравилась. Она научила меня красить глаза.