Суббота, вторая половина дня, Ходжес и Холли в вестибюле «Эй-эм-си сити сентер 7». Увлеченно обсуждают фильмы, глядя на расписание сеансов. Его предложение — «Судная ночь-2» — отметается. Слишком страшно. Холли обожает фильмы-ужастики — по ее словам, — но только на экране компьютера, потому что может поставить фильм на паузу и немного походить по комнате, чтобы успокоиться. Ее встречное предложение — «Виноваты звезды» — отвергнуто Ходжесом: слишком сентиментально. Но он хотел сказать, слишком эмоционально. История кого-то, умирающего молодым, вызовет мысли о Джейни Паттерсон, покинувшей этот мир при взрыве бомбы, предназначавшейся Ходжесу. Они останавливаются на комедии «Мачо и ботан-2». Главные роли исполняют Джона Хилл и Ченнинг Татум. Фильм хороший. Они много смеются и берут поп-корн из общего большого ведерка, но мысли Ходжеса продолжают возвращаться к истории Тины о деньгах, которые помогли родителям остаться на плаву в тяжелые для них годы. Где, скажите на милость, Питер Зауберс мог раздобыть больше двадцати тысяч долларов?
Когда по экрану ползут титры, Холли накрывает руку Ходжеса своей, и он с легкой тревогой видит стоящие в ее глазах слезы. Спрашивает, что не так.
— Все хорошо. Просто приятно пойти с кем-то в кино. Я рада, что ты мой друг, Билл.
Ходжес больше чем тронут.
— И я рад, что мы дружим. Как проведешь остаток дня?
— Вечером собираюсь заказать обед навынос в китайском ресторане и посмотреть «Оранжевый — хит сезона». А перед сном займусь этими ограблениями. У меня их уже длинный список.
— Что-то привлекло твое внимание?
Холли качает головой:
— Я продолжаю искать, но, думаю, это нечто другое, хотя понятия не имею, что именно. По-твоему, брат Тины тебе скажет?
Поначалу Ходжес не отвечает. Они идут по проходу, ведущему из оазиса фантазий в реальный мир.
— Билл! Земля вызывает Билла.
— Я очень на это надеюсь, — говорит он. — Для его же блага. Потому что деньги, свалившиеся с неба, почти всегда означают проблемы.
Тина, Барбара и мать Барбары проводят вторую половину субботы на кухне Робинсонов, готовят шарики из поп-корна. Занятие это грязное и шумное. Они веселятся вовсю, и впервые с момента приезда к Робинсонам с лица Тины уходит тревога. Таня Робинсон думает, что это замечательно. Она не знает, что случилось у Тины, но разные мелочи — девочка подпрыгивает, когда сквозняк наверху хлопает дверью, и глаза у нее подозрительно красные — говорят: что-то не так. Таня не знает, большая это проблема или маленькая, однако уверена: в настоящий момент Тине Зауберс жизненно необходимо немного веселья.
Они заканчивают готовку и пугают друг дружку перепачканными в сиропе руками, когда раздается веселый голос:
— Вы только посмотрите на всех этих женщин, что носятся по кухне! Вот это да!
Барбара разворачивается, видит брата, привалившегося к дверному косяку, и кричит:
—
Бежит к нему и прыгает. Он ловит ее, кружит по кухне, потом ставит на пол.
— Я думала, ты сегодня
Джером улыбается:
— Увы, мой фрак вернулся в прокатное ателье неношеным. После всестороннего и беспристрастного обмена мнениями мы с Присциллой решили расстаться. Это долгая история, и не очень интересная. В общем, я предпочел вернуться домой, к готовке ма.
— Не называй меня ма, — требует Таня. — Это вульгарно. — Но видно, что она очень рада приезду Джерома.
Он поворачивается к Тине, кланяется:
— Рад знакомству с вами, маленькая мэм. Любая подруга Барбары — моя подруга.
— Я Тина.
Она пытается говорить обычным голосом, но это нелегко. Джером высокий, Джером широкоплечий, Джером удивительно красивый, и Тина Зауберс мгновенно в него влюбляется. Скоро она подсчитает, сколько должно пройти лет, прежде чем он увидит в ней нечто большее, чем маленькую мэм в большущем фартуке, с перемазанными после приготовления шариков из поп-корна руками. Но пока она слишком потрясена его красотой, чтобы заниматься математикой. И тем же вечером, только позже, Барбаре не приходится прилагать особых усилий, чтобы убедить Тину рассказать ему все. Хотя под взглядом его темных глаз связный рассказ дается ей с трудом.
Вторая половина субботы у Пита не задалась. Если на то пошло, оказалась просто дерьмовая.
