Религия - это не антинатовский митинг. “Вот Отрок Мой… не возопиет, не возвысит голоса своего, трости надломленной не переломит. И льна курящегося не угасит” (Ис. 42, 1-3). “И вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; 12 после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, и там Господь” (3 Цар. 19,11).
Но тот, кто надеется по подсказкам волхвов найти Бога к гималайском небе, может не узнать Его, пришедшего на порог нашей квартиры.
***
Надеюсь, сказанного достаточно, чтобы сбавить градус восторгов по поводу книги Мяло с ее “лазерным зрением”, посылающей Христа аж в Гималаи, а христиан – на выучку к астрологам... Церковь помнит о волхвах, пришедших поклониться ко Христу. Но она помнит о том совете, который дал волхвам Господь: «И, получив во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путем отошли в страну свою» (Мф. 2,12). Иной путь был открыт для них после встречи со Спасителем. Иной, отличный от прежнего: указывая волхвам другую дорогу для возвращения домой, Бог тем самым повелевал им оставить дурное ремесло (см. Тертуллиан. Об идолах 9). Но для Рёрихов ничего нового Новый Завет не принес. Ничего выше астрологии и буддизма они не знают…
Надеюсь, что в следующий раз Ксения Мяло (или иные апологеты рёрихианства) все же удостоят своего внимания именно те темы, которые и противопоставляют христианство и теософию резче всего. Мы не против спора. Не надо только нас душить мягкой подушкой, не слыша наших возражений и убаюкивая мантрами “мы и сами православные, мы христиане, мы за мир”…
Лично Ксению Григорьевну я прошу полюбопытствовать – что там произошло у св. Льва Катанского с волхвом Илиодором, который “тайно отвергся от Христа, научившись от одного иудеянина волхвованию”[609]. Для рёриховцев ссылка на “Жития Святых”, конечно, не авторитетна. Но Если Вы и в самом деле дорожите церковной традицией, то Вам стоит ознакомиться с этим церковным преданием: ибо, если даже Вы заподозрите его историческую достоверность, то Вы все же не сможете оспорить его вероучительную важность как предания, Церковью принятого и возвещаемого. Если Вы будете упорствовать в защите волхвов, то “святитель Божий, чудный Лев”[610] будет Вашим обличителем пред Богом.
Да, и еще, конечно, будущих моих оппонентов я прошу не забывать завет их Махатм: "оздоровление гланд – самая насущная потребность человечества”[611]. Так что полемизировать надо спокойно, не надсаживая голос (а желательно – и не калеча свою совесть лжесвидетельствами).
***
Весь парадокс нашей полемики с Ксенией Мяло в том, что она пробует совместить православие и теософию. Просто объективного взгляда достаточно, чтобы понять их взаимную противоречивость. Ксения Мяло этого, тем не менее, не заметила. Не захотела заметить. Даже когда ей на тысяче страниц продемонстрировали эту несовместимость - все равно не заметила. Оттого, конечно, нет уверенности и в том, что и эта, дополнительная пара сотен страниц поможет ей заметить хотя бы наличие серьезнейшей проблемы. Значит – тут действуют некие не рациональные, иррациональные мотивы. Я не буду строить “конспирологических” гипотез, отвечая Ксении Григорьевне теми подозрениями, которые она возводит на меня. Я охотно верю, что она так поступает по велению своего сердца.
Но если действительно Ксения Григорьевна Мяло верит по православному и дорожит Православием – то написанием книги “Звезда волхвов…” она поставила себя в очень тяжелое духовное (не политическое!) положение. Я понимаю, что ее сердцу нравятся полотна и некоторые страницы статей Николая Константиновича Рёриха и некоторые суждения Агни Йоги. Сердечное отношение здесь было первичнее трезвого, разумного анализа. Доверившись чувству, ощущению, вкусу, она взялась за дело (в данном случае - бросилась на защиту Рёрихов и Блаватской). И тем самым нарушила ряд православно-аскетических принципов духовной безопасности.
Наверняка, вопреки постоянным увещеваниям Святых Отцов, Ксения Григорьевна предприняла этот очень серьезный для судьбы ее души шаг, не взяв на него благословение духовного отца. Проявив таким образом, бес-советие[612], она слишком доверилась самой себе. И тут произошло то, против чего настойчиво предостерегал преподобный авва Дорофей: принятие влечения своего сердца за голос истины. "Я не знаю другого падения монаху, кроме того, когда он верит своему сердцу"; "мы должны всею силою направлять себя к воле Божией и не верить своему сердцу"; "будучи страстными, мы отнюдь не должны веровать своему сердцу, ибо кривое прав
