— Мама говорит, что в Макдональдсе продают одну дрянь и детям противопоказано там питаться, — заявляет сын.
— Надо же. Что еще говорит мама?
— Что ты засранец каких поискать, — как ни в чем не бывало, вполне правдиво отвечает Денис и, спохватившись, краснеет. — Но я так не считаю.
Усмехаюсь и фоном включаю музыку.
— Я рад, что ты так не считаешь, Дэн. Так что насчет Макдональдса? Как считаешь ты — нам стоит там позавтракать?
— Да! — радостно отзывается Денис.
Мы сидим на летней площадке, попивая молочные коктейли, заедая их бургерами. Я понимаю, что нужно бы подготовить Федотову к неожиданным гостям, поэтому прошу у сына мобильный, чтобы позвонить жене. После десятого гудка трубку наконец-то снимают.
— Алло, — слышу запыхавшийся голос Андрея.
В голове сразу же ярко всплывают самые красочные картины, чем может быть занята Федотова с этим уродом. Хорошо, что сын не видит, как легко его папу можно вывести из строя, потому что я с силой бью кулаком о мраморную стену и считаю, что Смирнову жутко повезло, что он это не он сейчас подвернулся мне под руку.
— Где Диана?
— Она отлучилась в дамскую комнату, — сообщает Андрей, как ни в чем не бывало.
— А ты что-то вроде автоответчика?
— Ага, личного, — Смирнов довольно хмыкает и тут же отключается.
Мы подъезжаем к дому практически одновременно — Диана вместе с Крис, а я с Денисом. Федотова непонимающе щуриться пока подходит к нам с сыном и только потом, скорее всего заметив сходство, кивает и расплывается в улыбке.
— Привет, мальчишки!
- Хотел тебя предупредить, но сработал автоответчик в виде Смирнова, — развожу руки в стороны и качаю головой. — Знакомьтесь, девочки, это Денис — отличный парень и по совместительству мой сын.
Хочу отдать должное, Федотова, если и была удивлена и обескуражена, ни в коем случае не подала виду. Лишь протянула ему свою руку для приветствия и стала невозмутимо спрашивать нормально ли добрался парень в Москву и не будет ли он против выбрать себе комнату самостоятельно. Странно, но с женой Денис становится более сговорчивым, чем со мной.
За ужином всё проходит гладко и спокойно. Тёща то и дело закармливает нас своими голубцами, тефтелями, салатами и пирогами. Когда ужин никуда не лезет я предлагаю сыну помочь разложить вещи в его новой комнате, которая находится по соседству с моей.
— Пап, а Диана мне уже помогла, — невозмутимо отвечает Дэн, запихивая в рот очередную порцию пирога.
— Надо же, какие вы быстрые, — Федотова довольно улыбается и просит прощение за то, что так рано покидает нас, но ей нужно уложить малышку спать.
Когда все дети улеглись по своим комнатам, мы сталкиваемся с Дианой в тесном дверном проеме моей комнаты. Федотова смущенно опускает ресницы в пол и кажется почти не дышит.
— Дань… С Андреем встреча вышла совершенно спонтанной — я сидела в кофейне с Алиной и ее дочкой. Затем стала бродить по торговому центру, тут малышка обделалась, и как нельзя вовремя появился он. Сходил за моей вспомогательной сумкой на парковке…
— Можешь не оправдываться, Диана, — резко прерываю её.
Федотова поднимает на меня свой взгляд, склоняет голову чуть набок и подносит руку к моему лицу. Касается пальцами верхней губы, проводит по линии и теперь не отводит взгляд.
— Воронов, я целый день скучала по тебе…
В ту же секунду её губы целуют мои. Сначало нерешительно, нежно, неторопливо, а потом всё более раскрепощеннее и жестче. Диана прижимается ко мне своим хрупким телом, встает на носочки, чтобы дотянуться и я заключаю её в объятия. Глажу руками спину, опускаюсь ниже и с наслаждением сжимаю ягодицы. До синяков, до её громкого стона мне в губы.
В соседней комнате Воронёнка слышится истошный младенческий плач и нам нехотя приходится оторваться друг от друга.
— Я скоро вернусь, — касается ладонью моей колючей щетины и уходит.
Но ни через полчаса, ни через час Диана не возвращается. Из детской комнаты сквозь приоткрытую дверь виднеется тонкая полоска света. Когда я бесшумно прохожу внутрь и замечаю спящую Федотову с дочкой, то просто накрываю её пледом, целую в макушку дочку и так же тихо выхожу из комнаты.
Я облачаюсь в красное платье с глубоким вырезом, затягиваю волосы в высокий тугой хвост. Достаю алую помаду и осторожно очерчиваю линию губ. Верхняя губа получается идеальной, а на нижней случается облом — дверь в мою комнату с грохотом открывается и на пороге предстает Воронов. Рука дергается в тот момент, когда он делает несколько уверенных шагов ко мне и линия помады тут же становится дико кривой.
Глаза уставшие, галстук болтается на шее, рубашка расстегнута на три верхние пуговицы оголяя смуглую кожу с черными волосками. Весь внешний вид Дани говорит о том, что он дико устал сегодня на работе.
— Стучать не учили, Воронов? Видишь, у меня помада вылезла за контур.
Он проходит в комнату, закрывает её на замок и внимательно окидывает меня взглядом, сложив руки на груди. Его глаза наливаются чернотой, и мне кажется, что сейчас именно тот момент, когда Даню вообще лучше не трогать.
