Пе́трович зазвенел чашками в соседней комнате, а Мик тем временем взял журнал, пролистал, дошел до места с вырванной страницей и поднес журнал к окну. На предыдущей странице сохранились легкие рельефные следы записей, сделанных твердым почерком, и между строк даже можно было что-то разобрать. Мик прищурился, читая слова-призраки, пытаясь восстановить предложения и имена. Блай кинул ему карандаш, чтобы заштриховать нужное место. Текст постепенно становился читаемым:
«14–20 мая, школьные каникулы». Дальше шло что-то об актах вандализма, номер дома неразборчив. «Виновники – два мальчика, 12 и 14 лет, Пуллены. Зачинщик – девочка 12 лет, Тенпенни Алисон. Стреляли из рогаток».
– Ну, Мик? – Росс не сводил с него глаз.
– Хэл знаком с Али Тенпенни. Это та девочка, которая видела его отца с Дженной Риксон.
– Пуллены и Тенпенни – дети аборигенов. Речь о заброшенном доме в Долине счастья. Кажется, сержант приказал мне тогда отпустить их, только вынести предупреждение. – Блай повернулся к непривычно притихшему Брэдли. – Очень добрый поступок, сержант.
– Что толку ворошить прошлое?
– Действительно. Больше в журнале ничего дельного по этому случаю нет.
– Незначительное происшествие, – пробормотал Брэдли.
– Ну да. А что случилось с пропавшей страницей, босс? Не припомните?
Брэдли перевел взгляд в окно, подумал.
– Если не ошибаюсь, произошел несчастный случай. Кто-то пролил на нее чернила. Уж не буду уточнять, кто именно. – Он посмотрел в сторону кухни, где все еще орудовал Пе́трович. – Ну я и вырвал этот лист.
– Стало быть, это случилось совсем недавно? – спросил Мик.
Больше сделать было ничего нельзя, разве что в глаза назвать сержанта лжецом. Он оставил Росса прочесывать прошлогодний журнал и позвонил в больницу. Медсестра сообщила, что мистер Слоком стабилен, переведен из операционной в палату. Пуля прошла сквозь легкое, однако жизненно важные органы не задела. Сама пуля находится у сестры, если констеблю она необходима.
Мик поблагодарил сестру, подтвердил, что пулю заберет, и сообщил новости остальным.
– Кто-нибудь говорил мистеру Хэмфрису, что его сын пропал? Сержант?
– Вы же знаете эту семью, констебль Гудноу, почему бы вам и не позвонить?
– Если хотите, чтобы это сделал я, без проблем, босс.
«Хорошо бы ты хоть немного управлял этой гребаной ситуацией», – подумал Мик. Брэдли, невозмутимый как Будда, знай попивал свой чай.
Мик набрал телефон следственного изолятора в Глен-Иннес. Старший констебль Уиттакер попросил его обождать и направился за Джоном Хэмфрисом. Пора было сообщить ему плохие новости. Мик ненавидел эту часть своей работы. Хорошо хоть раненый выжил.
В трубке прозвучало тревожное «Алло?».
– Говорит констебль Гудноу, мистер Хэмфрис.
– Как он? – спросил Хэмфрис. Прежнего пафоса в его голосе уже не было.
– Вы о Дуге? Его состояние стабильно. Он выживет.
На том конце провода воцарилась осязаемая тишина, потом Хэмфрис вздохнул:
– Слава богу…
– Я бы сказал, что слава и хирургу, – сухо сказал Мик.
Мик рассказал Хэмфрису о внезапном исчезновении сына и о версии его возможного похищения.
Хэмфрис зарыдал в трубку. Если еще минуту назад Гудноу хотелось назвать Джона слабовольной мразью, то теперь такое желание пропало.
– Все в порядке, мистер Хэмфрис.
К сожалению, это было далеко от правды.
– Вашей вины здесь нет.
Тоже – как посмотреть…
– Это все… я… – Хэмфрис глубоко вздохнул. – Я совершал глупые поступки.
Мик подождал, пока собеседник не возьмет себя в руки.
– Не припоминаете ли вы человека, который стоял на тротуаре, наблюдая за вами и Хэлом, когда вас готовились посадить в полицейскую машину? Может, видели его, когда машина уже отъезжала?
– Нет, я не… я слишком беспокоился о себе… – Он снова заплакал.
Констебль Уиттакер забрал у Хэмфриса трубку и попрощался, чтобы Мик не успел еще больше растревожить заключенного своими вопросами – например, о достойной сожаления связи с Дженной Риксон.
Росс успел дойти до конца журнала регистрации происшествий, бросил его на стол, покачал головой.
Мик повернулся к Брэдли.
– Сержант, не смогли бы вы принести и журналы за 1965-й и 64-й?
– Кому нужна эта седая история? – хмыкнул Брэдли. – Время поджимает, а ресурсы наши ограниченны. Вы вдвоем продолжайте опрашивать соседей, а я поговорю с директорами средней школы и школы Святого Кельвина. Посмотрим: вдруг удастся что-то выяснить о малолетних правонарушителях.
Мик с Россом обменялись взглядами. Во всяком случае, Брэдли не будет путаться под ногами. Они оставили вздохнувшего с облегчением Пе́тровича дежурить в участке и решили разделить свои ограниченные ресурсы. Росс отправится в нижнюю часть Бервуд-стрит опрашивать соседей, а Мик проверит кое-что на одной из дальних окраин города.
