Комната Тедди была совершенно безликой, стерильной, точно мавзолей. На столе стояли в рамочках фотографии самого Тедди и его улыбающихся родителей. Все трое старательно изображали счастливую семью. На стене висел плакат с Доном Брэдманом в белой форме для крикета. В книжной полке Мик обнаружил «Ридерз дайджест», «Британнику» и «Жизнь великих художников». Сверху на полке стояло не что-нибудь, а деревянная фигурка собаки. Вырезано грубо, но с любовью. По очертаниям головы угадывалась австралийская овчарка. Имелась и табличка: «Рекс». На стене, над аккуратно застеленной кроватью, висела фотография выставочного автомобиля. Судя по обстановке комнаты, здесь жил совершенно нормальный подросток, не лучше и не хуже любого другого. Мик наугад вытащил несколько книг. Похоже, ни одну из них не только не читали, но даже и не открывали. Зачитанным был лишь томик по искусству.
Росс выдернул ящики из тумбочки, не церемонясь, выбросил их содержимое на пол.
– Никакого подозрительного дерьма я здесь не вижу. Что мы ищем?
– Дневники, письма, любые записи, – разочарованно покачал головой Мик. – Хоть что-нибудь, чтобы понять его образ мышления.
– Я думаю, он все нам показал там, внизу, – скривился Росс.
– Не знаю… Памятки, наброски, какие-то изображения. Мысли, которые маньяки обычно доверяют бумаге. Может, что-то про Хэла. Хоть что-нибудь. Продолжай искать, Росс.
Они пролистали учебники юного убийцы, тетради, просмотрели даже домашние задания. Ничего. Разворошили стопки с бельем, носками, рубашками. Перерыли ящики комода, вывалили их в бесформенную кучу на полу. Результата по-прежнему не было.
– Давай позвоним детективам, – снова предложил вспотевший Росс.
– Еще десять минут, – упорствовал Мик.
Росс крякнул, перевернул матрац на односпальной кровати, и что-то упало на пол. Росс поднял спичечный коробок, потряс его. Затем открыл крышку и отпрянул с отвращением.
– Сувениры… – Он передал коробку с жуткими трофеями Мику.
Внутри лежала дюжина когтей самых разных размеров, а между ними – три человеческих ногтя, один из них совсем свежий.
– Ноготь его матери. Вон тот, с лаком – Дженны Риксон. А третий, значит, миссис Армстронг. – Мик еще раз просмотрел содержимое коробки. – Ногтя Хэла тут нет.
– Хороший знак, – выдохнул Росс.
Мик сунул коробку в карман. Что-то продолжало его беспокоить.
– Почему он не забрал сувениры? Вряд ли ему предстояло сюда вернуться.
– Наверное, хочет начать новую коллекцию?
– Может быть. А может быть – закончить эту…
Росс вытащил ящики письменного стола, опрокинул на ковер, а Мик пошарил рукой под столешницей. Его пальцы пробрались между комками налепленной жвачки и наткнулись на плоский пакет, закрепленный клейкой лентой. Мик выдернул из-под стола большой конверт и открыл его. Ему в руки выпал дневник в кожаном переплете. На первой странице красовалась надпись, выведенная аккуратным почерком: «Журнал Эдварда Курио, 1966–1967».
– Бинго!
Мик начал листать страницы с заметками и рисунками. Дневник содержал подробный список замученных хомячков, кроликов и морских свинок. Тедди не обошел вниманием и попугаев (их он обезглавливал), кошек (расчленял) и собак. Мрачные описания могли сравниться с ночными кошмарами Иеронима Босха.
Мик остановился на страничке, посвященной убийству немецкой овчарки у старого прицепа. «Мои любимые охотничьи угодья» – так Тедди озаглавил эту запись. Мик глянул на рисунки, сопровождавшие отчет, и застонал сквозь зубы.
Он быстро переворачивал страницы, пока не остановился на серии тщательно выполненных иллюстраций, посвященных дню, когда Тедди, словно мясник, разделал женщину. Ее голое тело было заштриховано тенями, а рана на горле была изображена такой глубины, что голова едва не отделилась от шеи. Росс заглянул Мику через плечо и тихо ахнул от ужаса.
– Боже мой! Дженна Риксон…
Страницы отвратительных записей, сделанных аккуратной рукой, пели оды юному гению пытки. Взгляд Мика задержался на листе с инициалами ХХ. Из рассказа следовало, что Тедди заманил Хэла в парк, усыпил его эфиром и на отцовской машине вывез в «тайное место». Имелся и рисунок, на котором был изображен торс Хэла, перечеркнутый пунктирными линиями. Подпись под рисунком гласила: «План хирургической операции». Тедди явно собирался поставить эксперимент. Последняя запись была совсем короткой, сделана наверняка недавно, даже чернила еще не просохли:
Жертва? Речь могла идти только о Хэле. Мик повернулся к стене с плакатом Брэдмана. Его взгляд упал на постер с выставочной машиной, очень напоминавшей автомобиль, который Мик недавно видел в городе. По низу постера шла надпись: «Ошеломительный «Студебекер-Хоук GT».
– Иисусе, хоть что-то нормальное, – заметил Росс. – Ребенок увлекается автомобилями.
