Разозлившись, я легла спать, но уснуть не смогла. Беспокойно ворочалась, пока простыни – да и мои мысли – не сбились в кучу. Лишь с первыми лучами солнца веки начали тяжелеть. Тем не менее я оделась и потащилась в колледж, чтобы не пропустить всю экзаменационную неделю. Все равно настроение не ухудшится еще больше, так почему бы не испортить парочку-другую тестов, на которые мне в любом случае плевать?
Последующие дни оказались худшими в моей жизни – если не считать той поры, когда исчез Эдриан. На душе скребли кошки. Неустанно я твердила себе, что Джулиан того не стоит. Что мне лучше его забыть, как любого случайного парня. Да мы и знакомы-то всего ничего. Однако же дело было не только в нем, но и во мне, в моих чувствах. Правильно ли я оценивала наши отношения или ошибалась, как с Эдрианом? Я чувствовала себя преданной, рассудок кричал мне об этом – да только что проку. Сердце считало иначе, и никакие аргументы в мире не могли убедить меня в необходимости забыть Джулиана. Изо дня в день я надеялась увидеть его в колледже. Временами закрадывалась мысль перехватить его в архитектурном корпусе или в Оазисе на обеденном перерыве. Но я так и не осмелилась, потому что до сих пор не придумала, что сказать. К тому же ссориться на людях – не лучшая идея.
По вечерам я забирала к себе Лоуренса. Мне нравилось возиться с котиком, но по большей части он выступал предлогом, чтобы разузнать, пришел ли Джулиан домой. И мне так и не удалось его застать. Кэсси поведала, что он периодически забегал в квартиру, но оставался не дольше чем на несколько минут. Сначала я убеждала себя, что он всего-навсего беспокоится за промежуточные экзамены и, вероятно, прописался в библиотеке – что для Джулиана может быть важнее оценок? Но кого я обманывала? Он решил избегать меня, выбросить на обочину своей жизни. Страх перед правдой и возможным конфликтом оказался, очевидно, больше, чем чувства ко мне. И, черт возьми, осознавать это было больно.
В воскресенье вечером я снова сидела в убежище с Лоуренсом. Мы пересмотрели все фильмы о юрском периоде, а потом я включила видео на YouTube с Джеффом Голдблюмом. Его голос успокаивал почти так же сладко, как кошачье мурлыканье. Лоуренс свернулся калачиком у меня на коленях. Казалось, он уже начинает чувствовать себя как дома. Я даже подумала о том, не оставить ли его у себя. В таком случае Джулиану рано или поздно придется поговорить со мной, если он захочет вернуть питомца.
Я наклонилась вперед, чтобы включить новое видео, когда вдруг раздалось жужжание дверного звонка. Я осторожно сняла Лоуренса с колен и вскочила на ноги.
– Да? – спросила я в домофон без особой надежды на то, что это мог быть Джулиан. Ему звонить нет нужды – он может просто постучать в дверь.
– Привет, – отозвался знакомый голос.
– Что ты здесь делаешь? – смутилась я.
– Проверяю, жива ли ты, – ответила Лилли. – Всю неделю игнорируешь мои звонки, я переживаю.
Каюсь, это правда. Она не единожды пыталась со мной связаться. Но я не осмелилась поговорить с ней. Лилли сразу замечала все неурядицы. И, в отличие от Ализы и Кэсси, она знала меня слишком долго и слишком хорошо, чтобы такая чепуха, как «Я не хочу это обсуждать», сработала.
– Ты собираешься впускать меня или что? – спросила Лилли своим строгим мамским тоном, который она обычно приберегала для Линка.
Закатив глаза, я нажала на кнопку.
С ней явился и Линк – мальчуган просиял широченной улыбкой, увидев меня. Надеюсь, хоть он не станет допрашивать меня о Джулиане. С другой стороны, его мама, вероятно, сделает это за него. Я чмокнула Линка в щечку и прошептала, что у меня в спальне котенок. Никогда еще не видела, чтобы он так быстро бегал.
– Ты завела кота? – спросила Лилли, закрывая за собой дверь.
– Не-а, позаимствовала у Кэсси, – махнула я рукой. – Как у тебя дела? Сдала экзамен по математике? Есть новости от Таннера?
Лилли саркастически рассмеялась.
– Попытка засчитана. Но речь пойдет не обо мне. Что случилось?
– Ничего такого. Просто стресс из-за промежуточных экзаменов.
Фыркнув, Лилли потащила меня на кухню.
– Если уж врешь мне, то придумай что получше. Выкладывай. Дело в Эдриане? Джулиане? Родителях? Говори, кого побить?
Я засмеялась, и сразу же из сердца схлынула печаль. Ну вот, теперь я чуточку счастливее, чем до прихода подруги. Но выражение лица Лилли оставалось совершенно серьезным. Взгляд ее голубых глаз, казалось, проникал прямо в душу.
Отвернувшись, я распахнула шкаф, чтобы пробормотать следующие слова в направлении стаканов.
– Тебе не нужно никого бить… Ну кроме разве что Джулиана.
– Что он натворил?
Наполнила стаканы водой и пододвинула один Лилли – в ожидании она стучала пальцами по столу. Да, точно, она не успокоится, пока я не расскажу ей все. Глубокий вздох смирения.
– Мы поссорились.
– Из-за чего?
– Мы ходили вместе на день рождения Кэсси в прошлые выходные. Вечеринка с ночевкой в палатке и…
Я покосилась в сторону спальни, где Линк ворковал с Лоуренсом.
– Мы с Джулианом ночевали в одной палатке.
– И-и-и? – нетерпеливо протянула Лилли.
