На секунду я задумалась, могла ли я отреагировать иначе – не так остро. Наверное. Но тот же вопрос можно адресовать и Джулиану. Он утверждал, что рядом со мной сомнения покидают его. И что получается? Сомнения никуда не делись. Почему он не может мне довериться? Для меня нет ничего важнее, чем близкие люди, с которыми я счастлива. Но все растоптали меня. Папа и мама. Эдриан. Теперь и Джулиан. Держу пари, сейчас позвонит Лилли и признается, что не рассматривала нашу дружбу иначе как эксперимент.
Из размышлений меня вырвало странное шарканье. Вернувшись в реальность, я увидела Кэсси: раздвинув молнию на палатке, она скребла пальцами по ткани, чтобы привлечь мое внимание.
– Да? – хрипло выговорила я.
– Утречка, – поприветствовала она меня с сияющей улыбкой, опираясь на костыль. Однако ее радость быстро улетучилась. Уголки губ поникли, на личико легла тень печали. – Ты что, плакала?
– Да, – призналась я. Зачем отрицать очевидное? Не смотрелась в зеркало со вчерашнего дня, но красные опухшие глаза и тушь, размазавшуюся по щекам, и без этого легко представить.
Кэсси оглядела палатку.
– Где Джулиан?
– Ушел.
– Урою этого козла, – зарычала она со свирепым огнем в глазах. – Что он натворил? Он сделал тебе больно?
– Мы поссорились, – успокоила я Кэсси.
С недоверием Кэсси покосилась на меня, не двинувшись с места. В палатку она влезать не стала: протискиваться с травмированной ногой через узкий вход – испытание. Сегодня она сменила королевское платье на джинсы, но проблему это не решало.
– Из-за чего вы поссорились?
– Какая разница? – буркнула я. Вдаваться в подробности не хотелось: слезы оставили меня без сил.
Кэсси решила не настаивать.
– Черт. Мне жаль.
– Спасибо. – Она сочувственно улыбнулась мне.
– Хочешь есть? Остался вчерашний торт.
Проклятье, я обожаю завтракать тортами. Жаль, от нервов кусок в горло не полезет. Даже малюсенький ломтик, наверное, не проглотить.
Я заверила Кэсси, что не голодна, но все же пошла с ней на завтрак.
Около пятнадцати человек сидели на скамейках вокруг вчерашнего костра, от которого остались лишь пыль да пепел – как от наших с Джулианом отношений. К моему облегчению, Рейчел там не оказалось.
Завтрак я практически не заметила – он промелькнул мимолетным видением. Ребята все обсуждали грядущие экзамены и прошедшую вечеринку – она всех привела в восторг. Я не принимала участия ни в одном разговоре, поскольку мои мысли то и дело возвращали меня к Джулиану. Мимоходом услышала, как Аури шепотом осведомился обо мне у Кэсси. Она ответила ему так тихо, что слов я не разобрала, зато вскоре почувствовала на себе сочувственный взгляд Аури.
К счастью, завтрак скоро подошел к концу. Вернувшись в палатку, я сложила вещи в рюкзак. На выходе заметила сумку Джулиана. Мгновение хотела просто бросить ее в палатке, но потом решила не вести себя по-детски и прихватила с собой.
Поехать сейчас домой – выше моих сил. Не готова я пока встретиться с Джулианом. Вспомнилось, как Кэсси сбежала к Люсьену после свидания с Аури. Но если я нагряну к Ализе или Лилли, они точно догадаются, что у меня что-то не так, а говорить сейчас о чувствах не хотелось. Так что я поехала туда, где у меня всегда поднималось настроение: в «Книги плаща и кинжала».
В прошлом году Тед и Дерек купили навороченную кофеварку для своего магазина и разместили в нем столики и маленький диванчик. Заказав латте макиато, я устроилась поудобнее возле окна. Погрузившись в тяжелые думы, наблюдала за потоком людей, несшихся мимо магазина. Рассматривала лица прохожих, запоминала их движения – потом эти детали пригодятся для рисунков. Созерцание незнакомцев отвлекало от тяжких мыслей о своих чувствах. И все же воспоминания о ссоре с Джулианом не желали оставлять меня в покое. Его слова то и дело всплывали в памяти.
Глубоко вздохнув, я заставила себя вернуться в реальность. В любом случае я бессильна. Единственный человек, способный победить монстров Джулиана, – сам Джулиан.
Твердо решив больше не думать о нем, я вытащила из рюкзака планшет и погрузилась в рисование. Первые штрихи вышли неуверенными и неуклюжими: сконцентрироваться все еще было сложно. Но через некоторое время я успокоилась. Рисование было для меня своего рода медитацией, и после нескольких набросков я решилась на эскиз для «Леди из ночных кошмаров».
