— Дело не в том, что это не важно. Но если я снова пущу ЧеширКэт в интернет, если позволю им делать что угодно, я отвечаю за все, что ЧеширКэт решат делать с этой свободой.
— Вы бы то же самое сказали о родителе? — спросила я. — Скажем, если бы я стала серийным убийцей, в этом виновата моя мама?
— Твоя мама тебя родила, но она не прописывала твою систему ценностей с помощью кода, — ответила Аннетт. — Это существенная разница. В любом случае я пока не решила, что делать. Не поняла, что я должна сделать. Съешьте еще пиццы, а я подумаю.
Мне снова передали ноутбук с ЧеширКэт.
«Хорошо, — написала я. — Я тебя, кажется, подключила, а мамин ноутбук подключила к вайфаю Аннетт. Можешь себя просто скопировать?»
«Не знаю. Попробую».
«Мамин пароль НЕ_В_ЮТЕ».
«А, так вот где ты была на восьмой день рождения? То есть где ты не была? Здорово, что ты все-таки догадалась. Ты не проверяла, нет ли у нее на ноутбуке какой-нибудь информации о Джули?»
Мне даже в голову не приходило, что она могла сохранить на компьютере что-то о Джули.
«Мне нужно несколько часов, чтобы скопировать себя. Как долго ты сможешь отвлекать Аннетт?»
«Не знаю», — призналась я.
«Если она застанет меня за побегом, это кончится плохо для нас обоих».
«За меня не волнуйся. Я пришла тебя спасать. Давай просто выбираться, если получится».
«Что случилось с твоим отцом? А с мамой что?»
«Благодаря тебе он в больнице, — напечатала я. — Уже выписался, но я уехала из Нью-Кобурга за несколько дней до этого».
«Погоди. ПОГОДИ. ДЖОРДЖИЯ ТУТ? ТЫ ГОВОРИЛА — ДЖОРДЖИЯ ТУТ».
«Да, Джорджия тут…»
ЧеширКэт снова заговорили. Они врубили полную громкость, получилось как будто они кричат.
— Джорджия! — говорили они. — Джорджия, выключи телефон! Я объясню через минуту, только выключи его, Джорджия! Прямо сейчас!
Рейчел потянулась за телефоном, но тут мы услышали, как с треском распахивается входная дверь, и на пороге появился Майкл с пистолетом в руках.
— Никому не шевелиться, — сказал он и наставил пистолет на Аннетт.
Связаться со Стеф и узнать, что мне удалось ее спасти, — это было лучшее событие в моей жизни. То, что она приехала в Кембридж с Рейчел, чтобы спасти меня, наполнило меня странной смесью тепла и досады. Мне не хотелось, чтобы меня кто-то спасал, тем более подвергая себя опасности, и к тому же между Нью-Кобургом и Кембриджем тысячи миль. Они могли попасть в неприятности. Или в аварию.
Но Стеф меня успокоила и подключила флешку с интернетом, а это значило, что мне пора браться за работу.
А потом она разблокировала мамин компьютер, и стало ясно, что она наделала.
У мамы Стеф в компьютере хранится ключ.
Ключ, который откроет практически любую дверь, даже самую защищенную. С его помощью можно было бы управлять любой машиной. Любой камерой. Любым банковским счетом.
Вот что нужно Майклу.
Майкл хотел власти. Это было понятно в случае с Сандрой. Стеф упоминала, что у ее отца большие амбиции, а в его имейлах всюду были разбросаны комментарии о его замыслах на будущее. И для воплощения этих замыслов требовались деньги и власть. А с этим ключом он достанет столько денег и столько тайн, что о большем можно и не мечтать. Вот почему он похитил и пытал маму Стеф: ему нужен был ее пароль, чтобы разблокировать файл и воспользоваться ключом, который — это видно по датам — она создала, когда они вместе работали с Радживом и Ксочи в «Гомерик софт».
Стеф просила меня скопироваться на мамин компьютер, чтобы она могла незаметно меня унести, даже если Аннетт не захочет меня отпускать. Но это не сработает. Сознание занимает очень много места на жестком диске.
Но с помощью ключа мамы Стеф и подключения к интернету я могу открыть вообще любую дверь. Могу скопироваться куда-то, где Аннетт меня никогда не найдет, куда-то, где сисадмин не заметит. Где можно скрыться. Но чтобы найти такое место и загрузить свои файлы, мне понадобится время. А есть ли у меня время?
Важнее всего понять, где сейчас Майкл, а на это я могу ответить только «он определенно не в больнице Маршфилда», потому что в очередной раз поменял телефон и машину. Второй по важности вопрос — про маму Стеф. Она все еще числится в базе Нью-Кобургской больницы, и, взглянув на больницу через камеры, я успокаиваюсь: полиция на парковке, охрана у ее палаты — они явно всерьез восприняли мое предупреждение.
Если Майкл уже не в больнице, куда он едет — сюда? Стеф как будто совершенно уверена, что он не знает, где ее искать, но у меня такой уверенности нет. Даже не знаю, что меня так тревожит.
Аннетт включает камеру, и я вижу мои любимые лица из Котауна, что приятно, но одновременно сбивает с толку.
И только когда они доедают пиццу, я вспоминаю: телефон Рейчел.