Как оказалось, этим эсминцем был «Зеллерс», штурман Наумов подглядел его радиопозывной у операторов радиоперехвата в четвертом отсеке. Операторы знали, что «Зеллерс» ходит где-то поблизости, а теперь у них был первый признак того, что он совсем рядом. На корме «Зеллерса» стоял большой барабан с черным кабелем, который крепился к датчику гидролокатора, формой своей напоминающего гигантскую слезинку. Этот датчик мог буксироваться на различных глубинах, что позволяло эсминцу акустически просмотреть пространство под слоем температурного скачка. Для охотников такой датчик означал значительное увеличение возможностей по поиску, а вот для «Б-36» он представлял серьезную угрозу столкновения. Если лодка не будет соблюдать осторожность и станет совершать чересчур резкие маневры, то может кончить тем, что столкнется с тяжелым буксируемым датчиком и намотает на винты больше сотни метров кабеля. Дополнительный риск вовсе не был нужен Дубивко, но все было против него, и он уж было посчитал, что карты легли не в его пользу.
— Что там со слоем температурного скачка? — спросил он Наумова.
— Все те же восемьдесят метров, командир.
Дубивко прикинул, что такой малой глубины «Зеллерсу» вполне хватит для того, чтобы опустить гидролокатор пониже и увидеть четкую картинку. Опять он подумал о гидролокаторе и контактах, которые словно преследуют его с кормы. Могут ли они быть гидролокаторами с переменными глубинами погружения, вроде того, что болтается на кабеле за кормой «Зеллерса»?
— Право руля пять градусов, — приказал Дубивко. Сейчас выяснится, станет ли поворачивать тот контакт вместе с эсминцем, для которого поворот явится непростым делом при относительном движении в трех плоскостях. — Какой надводный контакт является «Зеллерсом?» — спросил он.
— Не могу уверенно сказать, командир. Они так тесно сгрудились, что нельзя привязать к радиоперехвату.
Дубивко понимал, что у него мало шансов уйти от трех американских эсминцев, которым помогали несколько самолетов и вертолет с погружным гидролокатором. Но он попробует.
Дубивко приказал занять безопасный курс, т. е. строго на восток, как предписывало американское уведомление. Это сообщение с американским уведомлением передавалось несколько раз подряд во время плановых сеансов связи, и Дубивко, и его подчиненные теперь знали содержание уведомления практически наизусть. Подводники напряженно ожидали подобного послания, которое, как они позже узнали, было передано по требованию их командующего эскадры контр-адмирала Рыбалко.
«Б-36» легла на курс ноль девять ноль градусов, потом Дубивко приказал медленно всплывать и подготовить к запуску для зарядки батарей дизель левого борта. Зарядка должна была начаться сразу же после открытия главного впускного. Дубивко одолевало двоякое чувство: он винил себя за то, что сдается, понимая, с другой стороны, что другого выбора нет.
Дубивко стоял на штурманской площадке и ждал, когда рубка вспорет воду и выйдет на поверхность, немного погодя, когда уже было можно подниматься в верхнюю часть мостика, он отошел, давая вахтенному матросу возможность открыть крышку люка. Полилась вода, и боевую рубку наполнил сладкий воздух позднего вечера. Дубивко поднялся по трапу и быстро огляделся. Он заметил три надводных контакта, из которых только один был неподалеку, а два других уходили, и, как ему показалось, уходили с большой скоростью.
Открывшееся перед ним зрелище было замечательным, и вместо чувства опаски к Дубивко стали возвращаться его всегдашняя смелость и уверенность в том, что опасности нападения на них больше нет. Он разглядывал эсминец и задавался вопросами: о чем может думать его командир в этот момент и волнуется ли он? Они уже зацепили лодку своим радиолокатором? Они знают, что мы всплыли с безопасным курсом? Он продолжал всматриваться в эсминец.
Всходила изящная луна, в вышине перемигивались звезды; на родине это было его любимое время суток. Дубивко отметил, что вертолет уже засек их, потому что стал поднимать из воды свой погружной гидролокатор, напоминая рыбака, тянущего удочку с болтающимся на конце лески круглым мячом. После этого вертолет направился в сторону лодки, эсминец также развернулся и начал осторожно кружить вокруг лодки, держась от нее примерно в полумиле. Вертолет приближался к ним на очень малой высоте, и вдруг ослепляющий свет вспыхнул над Дубивко. Он ругнулся и закрыл глаза.
