– Интересно, – говорит мейн-кун, созерцая танец дымных животных, – за всю историю человечества было множество эпидемий… Но ни одна не охватывала всю планету. Знаешь, почему?
Я вдруг вспомнил, где видел существ. В учебнике биологии! Так изображали микроорганизмы.
– Болезни были слишком смертоносные, – продолжает Раскат. – Попав в человека, убивали его очень быстро. Тот не успевал заражать большое число других. Да и люди тогда были оседлыми. Никуда толком не высовывались из своих деревень и городков. Зато сейчас – самолеты, поезда, корабли! Все путешествуют, носятся по Земному шару, как ужаленные, сегодня в Сан-Франциско, через полдня – в Сиднее, еще столько же – и уже в Токио! Не так быстро, как это делаем мы, но… более чем достаточно.
– Достаточно для чего? – спросил я. А потом начал догадываться: – Твои крысы, я слышал, проникают в дома людей, капают спящим какую-то жидкость, добавляют в еду… Это вирус?
– Очень терпеливый вирус, – поясняет Раскат. – Он не набрасывается сразу, как голодный зверь. Он выжидает в засаде. Пока длится инкубационный период, человек успевает объездить весь мир, заразить множество себе подобных, и все это время – никаких симптомов, ни единого тревожного звоночка по анализам. Зараженный еще очень долго будет считать, что здоров, прежде чем вирус нанесет удар. В ближайшем будущем многие живые глаза станут… не очень живыми. По всей планете! Людей ждет не просто эпидемия, нет…
Кончик сигары опять засиял оранжевой таблеткой, мейн-кун выпустил еще одно табачное марево, оно поглотило «медуз» и скрутилось в шар. Тот вращается вокруг своей оси, в дымных нитях можно разглядеть знакомые очертания материков. Кот приподнял переднюю лапу к этой голограмме Земли и произнес, смакуя каждый слог:
– Пандемия!
Шевельнул когтями, и шар лопнул, как мыльный пузырь, дым разнесся во все стороны, попал мне в нос, я фыркнул, потряс головой.
«А говорил, что утратил страсть к фокусам», – мысленно проворчала Хелена.
– А говорил, что утратил страсть к фокусам, – тут же процитировал я невидимую спутницу.
– Но ты-то не утратил, – отвечает Раскат невозмутимо. – Чего только не сделаешь для дорогого гостя.
– Рад, что ценишь меня столь высоко. А вот жизни людей, очевидно, нет.
– Брось, – лениво отмахнулся мейн-кун. – Не делай вид, что тебе есть до них дело. Сколько ты от них натерпелся в прежней жизни…
– А что будешь делать с мертвыми глазами?
Раскат ткнул в мою сторону сигарой.
– Хороший вопрос!
Развернулся и начал неторопливо бродить в лабиринте блюд, графинов, ваз, свечей и другой столовой утвари.
– Есть одна технология… В свободном доступе ее нет, она используется спецслужбами и является засекреченной. Спектр применения широкий, но меня интересует лишь одна область – фальсификация данных. С помощью этой технологии можно автоматически создавать фото, видео, аудио и текст на любую тему и любой сложности. Результат может быть настолько правдоподобным, что не всякая экспертиза определит фальшивку. Не говоря уже о простых смертных.
Пока мейн-кун раздает указания еще парочке прибежавших откуда-то крыс, я перевариваю услышанное.
– И как эта технология поможет уменьшить число камер? – не понял я.
– Их не нужно уменьшать, – отвечает Раскат, отпустив крыс, – тупиковый путь. До меня кое-кто пытался, но ничего не вышло. Как звали ту кошку? Имя какое-то ягодное…
– Черника, – напомнила Карри.
И сделала ход белым ферзем почти через всю доску.
– Точно! – согласился Раскат. – Черничный Легион… Эта дама собрала целую армию, и они ломали камеры по всему свету. Вот только их разрушения перемир устранял. Люди в большинстве случаев не могли (вернее, не смогли бы) найти объяснение повальной порче имущества. Так что нет, мы не ломаем. Всего лишь… вносим некоторые изменения в конструкцию.
Я вспомнил, Карри рассказывала, как повстречала в своем даймене крыс. Те рылись в начинке компьютера, перебирали какие-то схемы…
– Пока что эти изменения, так сказать, по месту применения, – говорит мейн-кун, – но в скором времени они будут вноситься на этапе заводской сборки. И то оборудование, куда установлена секретная технология, будет распознавать все, что человеку видеть не положено, и удалять прежде, чем лишняя информация достигнет людских глаз и ушей. И это только один способ скрыть перемир при помощи данной технологии. Есть и другой. Им я тоже воспользуюсь.
– Какой? – спросил я.
К тому моменту крысы рядом с котом, взбираясь друг на друга, как акробаты, налили из бутылочки в рюмку столбик темного, как чай, напитка. Раскат опрокинул в себя явно нечто крепкое, закусил креветкой и вернулся к курению.