– И Ла'брисс снова наложит на тебя вето? – Викс ещё сильнее прищурился и скривил губы. Он знает! А как же: такая новость быстро разнеслась по всей академии, и ректор там был. – Зачем ты позволяешь собой манипулировать? Ты же так хотела учиться, Арлюх…
– Не иронизируй, – проговорила я горестно. – Мне действительно пока не время с вами тягаться. Он опасался, что я стану худшей и упаду духом.
– Задурил тебе голову. Ты же знаешь, что поступила бы даже без дара. За тебя горой стояли все профессора кафедр и сам ректор! Говорят, спор с Окардом слышен был на первом этаже. Потом он разъярился и ушёл с экзамена, а вернулся с побитым лицом, – Викс всмотрелся в мои глаза и придвинулся. – Что-то ты не договариваешь, Арли.
Я смотрела в глаза товарища – добрые и честные – и жаждала признаться ему во всём! Рассказать, что Эриман не хотел меня подставлять, а просто защищал от беды. Но знала: это прямой путь к погибели. Что, если Викс ректору проболтается? Или сам что отчудит?
– Остались ли в мире тёмные, Викс? – сказала я вместо ответа и серьёзно посмотрела на друга.
Он мотнул головой.
– Переводишь тему? Я же волнуюсь за тебя, – он положил руку мне на плечо. – Решено! Я поеду тоже провожать. Не хочу тебя наедине оставлять с коварным и расчетливым Ла'бриссом. Дядя доволен его работой, но говорил, что Эриман довольно странный. Часто уединяется, на контакт не идет, общается только с эбриссом Адонисом. За много лет его и с женщиной-то не видели ни разу. Арли, в ловушке ты. Убегай от него подальше!
– Не нужно, Викс, – прошептала я. – Вдруг Нимеридис объявится? Мало ли…
– Более чем за сутки от неё ни весточки. Корабль отплыл ещё вчера. Она уже на полпути домой. Хочется верить, что она просто сорвалась по важной причине. Может, ей письмо пришло? – вдруг приободрился Викс. – Надо будет коменданта ещё потрусить получала ли твоя соседка посылки в тот день. А проводить я тебя всё равно пойду! Во сколько отплытие?
– Не переживай за меня, Викс, – осторожно коснулась его плеча, поправляя воротник рубашки. – Я знаю, что делаю. Это сложно объяснить, и ты не сразу понял бы. Пока стоит просто поверить мне на слово.
– Но, – парень замялся, – ты же не домой сейчас? Я прав? Это глупо… И безрассудно! Если с тобой что-то случится, как я твоей матери в глаза смотреть буду?
– Ты будешь удивлён, – я улыбнулась, – но в Мелике вероятность того, что со мной может что-то произойти, куда выше.
Он потёр губы и покачал головой:
– Не знаю. Не доверяю я этому Окарду. Хоть он и дал слово, но после исчезновения Ними у меня сердце не на месте. Вдруг и ты так пропадёшь? Давай хоть переписываться будем? Раз в неделю обязательно отправляй письмо воздушной почтой, а если что-то срочное – через экспресс-маг. Дороже, но зато гарантированно дойдёт.
– Конечно, – я кивнула. – А ты – обязательно отвечай на мои письма. И дай мне знать, если найдёшь Нимеридис.
– Я найду её! – уверенно сказал Викс и потянулся обнять меня.
– Ты очень дорог мне, Викс, – прошептала я, обнимая его. – Ты как брат мне. Поверь, я не натворю глупостей. И вернусь, как только опасность минует.
Друг проводил меня до комнаты и, тихо пожелав мне удачи, ушёл к себе. И в этот миг показалось, что от меня оторвали кусочек чего-то важного. Родного. Верного. И комната стала такой гнетущей и сдавливающей без Нимеридис. Мы не особо сдружились, но Викс же её ценил за что-то. Любил даже. И сейчас любит. Значит, она хорошая девушка, и я должна ей помочь. Тем более, если она одна из тёмных.
Вещи я сложила быстро. Небрежно скомканные юбки, блузы и плащи стремительно кочевали в наплечный мешок. Где-то между ними затерялись книги и самое важное – дневник. За эти несколько дней я успела поделиться с ним самым важным: моей историей первой любви. Образ Эримана застыл на его страничках в вензелях букв, точках и запятых. Я старалась писать так, чтобы вспомнить его, спустя годы…
Опустевшие полки шкафа выглядели так сиротливо, что захотелось заплакать. Вот и всё. Не стал этот год удачным ни для меня, ни для Ними. Осенью сюда заселятся другие: те, кому повезло. И начнётся учёба…
Эриман пришёл за мной быстро. Сначала непривычно стремительные шаги растревожили тишь коридора, а потом в дверь постучали.
– Сейчас, – закричала я, втыкая шпильку в закрученные ракушкой волосы. Побежала к двери и, звякнув шпингалетом, распахнула её.
– Оу! Нет так резко! – от двери, тряхнув рыжей шевелюрой, отшатнулся Леан. – Выглядишь потрясающе! Слышал, что ты не поступила. Сочувствую.
– Подумаешь, – буркнула я, но свежая рана снова загорелась болью. – На следующий год поступлю. У меня ещё много времени, чтобы лучше изучить теорию.
Парень кивнул.
– Поступишь, а как же. Тут главное захотеть, – он шагнул ближе, и мне пришлось отстраниться. – Красивая сегодня. Очень, – Леан ловко захлопнул дверь и таинственно ухмыльнулся.
Я сделала шаг назад и дерзко вскинула бровь:
– Любуйся. Только целоваться не лезь.
– Это ещё почему? – он усмехнулся, и веснушки заиграли в свете азитов темными хлопьями. Развалисто подошёл ближе.
