И только потом до меня дошло, что он стоит рядом совершенно обнажённый!
– Это ты так на меня влияешь, малыш. Я пытался! Честно пытался остудиться. Но ты же так прекрасна, что у меня скулы сводит от одного взгляда. А от прикосновения уносит чердак! Лин, я же безумно люблю тебя…
Подхватил меня на руки и понёс к дому. Целовал на ходу, а я чувствовала через холодный барьер мокрой ткани его жар. Зажмурилась и запустила пальцы в чёрные мокрые волосы. Соль с его губ была сладкой и вкусной. Не наедалась, не напивалась ею.
Тёмная часть меня ликовала. Она ждала этого и радовалась каждому вдоху и выдоху. Лилась по венам и превращала мои руки в пустоту: чёрную темень, что вот-вот глотнет силы любимого. Смогу ли я остановиться вовремя? Смогу ли помешать себе и не выпить Эримана до дна?
Эриман нёс меня тёмными перепутьями коридоров и лестниц, а я не узнавала маршрут. И не понимала, куда мы направляемся. Да это и значения не имело. Всё, чего хотелось мне – его губ, солёных от морской воды. Ладоней, что обжигают ласками. И его тёмной души. Я целовала его на ходу, не в силах оторваться, и с каждой секундой становилось всё страшнее и удивительнее. Тело напрягалось и ныло, наливаясь невероятной силой. В животе разгорался жар, а дыхание учащалось. Я хорошо чувствовала его через платье, и мною овладевали страх и безумие. Хотелось бежать прочь. Но ещё сильнее хотелось остаться с ним. На всю ночь.
– Боишься? – шепнул в лицо Эриман и толкнул ногой дверь.
– Боюсь, – пролепетала я. – И хочу.
Эриман потерся о мою щёку шершавой щекой и поцеловал в мочку уха.
– Я буду очень нежным.
Но мне не нужны были ни его сомнения, ни оправдания. Я просто скрепила его слова поцелуем. Запустила пальцы в волосы и притянула к себе. И уже не имело значения, что поступаю, как куртизанка.
Эриман опустил меня на ноги. Мягкий огонь трепетал в его глазах. Стянул осторожно мокрое платье через голову, задержавшись лишь, чтобы коснуться языком моих губ. Мои длинные волосы легли на спину, и меня бросило в дрожь.
– Тише. Я согрею тебя собой, – Эри обнял и оттеснил меня к кровати. Легко подтолкнул, завалив на спину.
Я огляделась. Всё вокруг плыло в мягком трепетании азитов. Комната была чужой, кровать – огромной и занавешенной пологом. Может, он привёл меня в одну из пустующих спален. А, может, соизволил и в свои покои пригласить.
Ласковые руки блуждали по плечам, согревая и сея мурашки. Мы были близки, как никогда, и я не могла поверить, что можно быть ещё ближе. Я не знала, насколько сильной будет боль, и боялась рассматривать его тело. И хотелось, чтобы эти мгновения нежности продлились вечно.
– Я хочу, чтобы ты знал, – обхватила его лицо ладонями и вгляделась в пылающие глаза. – Я люблю тебя. С самой первой встречи. С первой секунды… Нет. Раньше. Намного раньше. С тех пор, как узнала тебя. Задолго до моего рождения.
– Вересковое моё счастье. За что мне это? Не заслужил ведь, – Эриман погладил широкими ладонями мою талию, поднялся выше и коснулся кружева белья. Тонкая холодная преграда вобрала его тепло и передала моему телу. – Арли, – он приподнялся на руке, второй подцепил мамин кулон и засмотрелся. В свете азитов камень блеснул алым.
Эриман продолжал:
– Можно ещё остановиться. Я смогу, – он хрипнул и закрыл глаза, – надеюсь, что смогу. Но я не хочу тебя торопить.
– Я горю, – погладила его руки и сплела наши пальцы. Странно, но губительной черноты на кончиках пока не было. – Горю и становлюсь безумной от жара. Реши за меня, любимый мой.
Я закусила губу до боли. Сходила с ума от его близости. От его глаз, что горели алыми искрами. От биения пульса в висках. И от приятной, томящей боли в мышцах.
– Даже если ты сохранишь меня, – прошептала я, – просто побудь со мной. Я умру сегодня без тебя.
Притянул к своей груди наши сплетённые руки и замотал головой.
– Прости меня, Арли. Но я не смогу быть рядом ночью.
Он выждал время и, когда я сделала глубокий удивленный вздох, договорил:
– Я просто расколюсь на мелкие части, если лягу возле тебя, – Эриман опустил руку и, забравшись пальцами под кружево, ласково погладил грудь. – ещё никогда и никого так безумно не желал. С первого взгляда и первого вдоха. Разве может любовь приходить так внезапно? Я же не подросток, чтобы верить в эту ерунду, но и я знаю, что чувствую. И это по-настоящему.
– Я понимаю, – погладила его мокрые волосы. Но на самом деле я лукавила. Ни черта я не понимала. – Слишком рано ещё. Но это безумие невозможно преодолеть. Хочу от него освободиться, но снова и снова в пекло лезу. И с каждым разом всё ужаснее.
Эриман отстранился.
– Это должен сделать я! Я должен противостоять этому притяжению! Должен! Но сил не осталось. Будто их выпили, – он лукаво ухмыльнулся и перекатился на другую сторону кровати. Потянул на себя покрывало и набросил его на бедра. – Та-а-ак! Чтобы успокоиться, нужно поесть. Мы же так увлеклись спорами, что совсем ничего не поели. И ты голодна.
Он сел и свесил ноги на пол, повернувшись ко мне спиной. С шумным выдохом опустил голову в ладони.
