Куджо полностью

Но можно было и не развивать этой темы. Можно предположить, что Джо заходил именно вчера, успокоить Бретта и забыть об этом до конца поездки. Господи, ну почему этот чертов пес должен портить им отпуск?

— Черити? Ты здесь?

— Да-да, Бесси, слышу. Он, наверное, попросил Альву кормить его?

— Ну, я спрошу его, когда он придет. И дам тебе знать.

— Хорошо. Спасибо, Бесси.

— Не за что.

— Ладно. Всего хорошего, — и она повесила трубку, вспомнив, что Бесси не записала номер. Ну и хорошо. Она повернулась к Бретту. Не будет она ему лгать. Но…

— Твой отец вчера заходил к Альве. Наверное, попросил его насчет Куджо.

— О, — Бретт радостно посмотрел на нее. — Но ты же не говорила с самим Альвой?

— Его нет. Но Бесси сказала, что известит…

— А она не записала номер, — слышалось ли в его голосе подозрение? Или это ей казалось?

— Ничего, я сама позвоню им утром, — быстро сказала Черити, надеясь, что это закроет тему на некоторое время.

— Папа был у них на той неделе, — настаивал Бретт. — Может, миссис Торнтон перепутала день.

— Я думаю, не настолько она глупа, — но мы можем еще кому-нибудь позвонить.

— А кому?

— Ну, допустим, Милликенам.

Бретт с удивлением взглянул на нее.

— Хотя вряд ли, — согласилась Черити. Прошлой зимой Джо и Джон Милликен поругались по поводу платы за какую-то мелкую работу, которую Джо сделал для него. С тех пор они не общались. Хотя Черити пыталась перекинуться словом с Ким Милликен, дочерью Фредди, но та не удостоила ее ни слова, словно сама не была первостатейной шлюхой, побывавшей чуть ли не под всеми старшеклассниками Касл-Рокской школы.

Ей пришло в голову, что они живут в настоящей изоляции, и она почувствовала легкий страх. Никто им не поможет.

— Ничего, — сказал тихо Бретт. — Он может поесть лопухи или еще что-нибудь.

— Послушай, Бретт. Я позвоню Альве завтра утром и попрошу его сходить туда. Обещаю тебе.

— Хорошо, мама. Только не забудь.

Тут в комнату заглянул Джим-старший.

— Я иду в бильярд. Не желаете со мной?

— Я желаю, — сказал Бретт. — Только покажите, где это.

— А вы, Черити?

Черити улыбнулась.

— Нет, спасибо. Что-то не хочется.

Бретт с дядей ушли. Она осталась сидеть на диване, глядя на телефон и думая о ночном хождении Бретта.

"Куджо больше не голоден".

Она неожиданно вздрогнула. "Завтра обязательно разберусь с этим", — пообещала она себе. Так или иначе. Или нужно возвращаться и позаботиться обо всем самой. Она обещала Бретту.

Вик снова позвонил домой в десять вечера. Никто не отвечал. Он опять попробовал в одиннадцать и ждал очень долго, но к телефону опять никто не подошел. В десять он начал волноваться, а после второго звонка уже порядком испугался.

Роджер спал. Вик набирал номер в темноте, слушал и вешал трубку тоже в темноте. Ему было одиноко и страшно, как в детстве. Он не знал, что ему делать и что думать. В уме снова и снова вертелась простая фраза: "Она сбежала с Кемпом, она сбежала с Кемпом, она сбежала с Кемпом".

Все говорило против этого. Он вспоминал все, что они с Донной сказали друг другу, тщательно проигрывая в уме все фразы и интонации. У них с Кемпом все кончено. Она велела ему поискать другую дуру. Ничто не предвещало их повторной встречи.

"Разрыв не означает невозможности примирения", — произнес его ум мрачный вердикт.

Но где же Тэд? Она же не могла забрать его с собой? По ее словам, Кемп был чрезвычайно вспыльчив, и Вик предполагал, хоть она и не говорила, что в тот день между ними разыгралась какая-нибудь дикая сцена.

"Поступки людей иногда не предсказуемы".

Ум — вернее, его ревнивая, подозрительная часть, — находила ответы, на все, и в темноте самые дикие ответы обретали убедительность.

Он словно балансировал между двумя видениями: Кемпом и звонящим в их пустом доме телефоном. Она могла попасть в аварию. Может быть, они с Тэдом в больнице. Что-нибудь сломали. Конечно, в этом случае, кто-нибудь обязательно сообщил бы ему — но в темноте эта успокаивающая мысль не успокаивала его.

И он снова обратился к другой возможности: сбежала с Кемпом.

Среди возможных противовесов этой теории один наполнил его бессильной злостью. Что если они решили остаться у кого-нибудь на ночь, забыв предупредить его? Было уже поздно звонить их знакомым и спрашивать.

Можно, конечно, позвонить шерифу и попросить его заняться этим, но не излишняя ли это перестраховка?

"Нет", — сказал его ум.

"Они оба лежат с перерезанным горлом, — сказал ум. — Ты все время читал про такое в газетах. Даже в Касл-Роке такое случалось. Вспомни про Фрэнка Додда".

"Сбежала с Кемпом", — твердила другая его часть. В полночь он позвонил еще раз, и новая неудача окончательно наполнила его предчувствием беды. Кемп, убийцы, грабители — неважно. Беда есть беда.

Он бросил трубку и включил свет.

— Роджер, вставай.