Как-то у брата выдался свободный час, и я рассказала ему, как поразил меня яркий электрический свет. В местах, откуда я приехала, не только нет электричества, там трудно достать керосин. Я показала Валериану, как мы делали коптилки, чтобы осветить хотя бы часть стола. Я поведала о тяжелой деревенской жизни, о том, как трудно учиться голодным ребятам в холодных школах, без учебников.
Брат очень внимательно слушал меня. Потом стал говорить о тех мерах, которые предпринимаются для борьбы с разрухой. Особенно подробно о грандиозном плане электрификации страны, о том, какое значение Владимир Ильич Ленин придает созданию России электрической. Валериана очень увлекали проблемы электрификации».
Он вернется к ним, взвалит на свои плечи. Золотой осенью 1926 года. Почти сразу после назначения председателем ВСНХ.
Так в двадцать шестом. Девятого ноября в ВСНХ у Куйбышева цвет энергетиков. Валериан Владимирович заранее позаботился, чтобы никто не был обойден или нечаянно забыт. Слишком важная дискуссия.
К_у_й_б_ы_ш_е_в: «В ближайшее время будет окончательно решен вопрос о Днепрострое. Требуется мнение ВСНХ… Мы хотели бы в докладе автора проекта профессора Александрова услышать основные аргументы за постройку Днепрогэс. Техническая сторона более или менее освещена с точки зрения рентабельности постройки, в смысле дешевизны энергии и всего прочего. Нам крайне важно осветить экономическую сторону вопроса — почему Днепрострой, а не что-нибудь другое?.. Совершенно необходима аргументация для того, чтобы устранить целый ряд имеющихся возражений, — это относительно целесообразности строительства Днепрогэс…
Я должен предупредить, что здесь имеются и сторонники и противники, причем я старался созвать противников как можно больше, чтобы осветить проблему со всех точек зрения и, наконец, получить истину. Так что вы, товарищ Александров, должны быть готовы к очень бурной атаке».
Говорить председателю ВСНХ ничего больше в начале обсуждения нельзя. Так же как Ивану Гавриловичу, профессору Александрову, негоже на таком заседании ссылаться на слова Ильича: «Я ваш сторонник и помощник…»
В голодную, лютую зиму двадцатого года председатель комиссии ГОЭЛРО Глеб Максимилианович Кржижановский нежданно-негаданно ведет Александрова к Ленину. Знакомит. Тут же шутливо предостерегает Владимира Ильича — профессор способен заразить и увлечь. Замыслы у него почти наполеоновские!..
Ильич охотно соглашается подвергнуться искушению. Говорит, нуте-с, выкладывайте, в чем преимущества, соблазняйте!
— Я надеюсь, вы извините, Владимир Ильич, мой утилитарный подход к революции и тем возможностям, которые она открывает… Сосредоточивая в одном месте падение воды, наблюдаемое ныне в пределах порожистой части Днепра, можно создать гидроэлектрическую станцию колоссальной мощности. Она даст силу, способную вызвать к жизни гигантские заводы, фабрики. На берегу рукотворного моря появятся порты, железные дороги, города. Все вместе — форпост отечественной индустрии, ради которой, по моему разумению, и была сделана революция.
Ленин на прощание: я ваш сторонник и помощник. Что же касается того, что председатель комиссии ГОЭЛРО называет проект несколько фантастичным, то я вам по секрету скажу — мы должны уметь фантазировать, уметь мечтать, оставаясь при этом архиреалистами.
В январе двадцать первого года в Москве, в Афанасьевском переулке, обосновывается новая проектная организация — Днепрострой. Во главе с Александровым. Четырнадцать полуголодных мечтателей-архиреалистов. Жалованье с перебоями. Обеды от случая к случаю. Но буровые станки, алмазы для бурения начальник Главэлектро Куйбышев безотказно закупает в Швеции. На золото! Чтобы на днепровских кручах у города Александровска начать должное изучение створа будущей гидростанции.
В пять следующих лет всяко бывало. Больше неприятностей, недоверия, заключения экспертиз, более похожих на смертные приговоры. Выносили их по техническому недомыслию, косности, случалось, и по расчетливой подлости. Из стремления так или иначе поквитаться с «коллегами» — инженерами, учеными, твердо ставшими на сторону Советской власти. Незадолго до кончины в судьбу Днепростроя успевает вмешаться Феликс Дзержинский. Спасает проект Александрова от окончательных похорон. Прекратить дальнейшие оттяжки решительно требуют руководители Украины — Влас Чубарь, Григорий Петровский. Теперь в Москве Куйбышев. К концу обсуждения доклада Александрова он отказывается от подчеркнутой сдержанности. Высказывается более чем определенно.
К_у_й_б_ы_ш_е_в: «Мне кажется — общая мысль, которая напрашивается и которая совершенно ясно вытекает из происшедшего обмена мнений, что если говорить о действительной большой реконструктивной работе, о большом предприятии, которое переконструирует нашу технику на совершенно новых началах, то товарищ Александров показал, что такой работой, пожалуй единственной работой, является постройка Днепростроя… Все остальные проекты, которые конкурировали с проектом тов. Александрова, скажем в Госплане, они к реконструктивным не могут быть отнесены.
