— Вот поэтому мне и нужна твоя помощь. Парочка и прочие остановились на ночь в «Джеке Баклере», когда ехали из Флисса в Алеридан. Если они избежали смерти, то, вероятно, достигли столицы герцогства. Шла середина декабря: дни осады дворца и похищения Предметов. В то грозное время стражи порядка особенно бдительно следили за всеми чужаками. Если Парочка совершил в Альмере хоть что-нибудь — он попал в ваши реестры.
— Понимаю, ваша честь.
Брат Абель вынул несколько подшивок с донесениями, принялся листать. Марк поглядел на Деда с немым вопросом: «Как, тьма сожри?..» Марк не понял, кто таков Дед. В шестидесятых Ворон еще не достиг вершин и занимался лишь столичными делами, а судья Рай — или как его там — видимо, славился на Севере. Чтобы имя человека само по себе работало как алиби — такую штуку Марк сегодня увидел впервые.
— Боги улыбаются вашей чести, — брат Абель довольно разгладил страницу. — Инжи Прайс и Крошка Джи попались в Алеридане! Девчонка пыталась совершить кражу и была схвачена горожанами. Ее хотели тут же наказать, а Парочка вступился. Нанес телесные повреждения трем человекам, после чего был схвачен подоспевшей полицией. Крошка Джи передана в воспитательный приют. Инжи Прайс содержится в городской темнице, пока идет следствие по его делу. Установлен факт бегства с каторги, выясняются обстоятельства.
— Брат Абель, далеко ли отсюда городская темница?
— Это она и есть, ваша честь!
— Буду премного благодарен, если ты отдашь Инжи Прайса и эту Крошку Джи в мои руки. Мы доставим их на Север и передадим тому самому суду, чьего приговора Парочка хотел избежать.
Монах нервно огладил макушку.
— Ваша честь… виноват, но я не имею такого права. При всем уважении, вы — не официальное лицо… Чтобы изъять заключенного, вы должны предъявить официальное требование от суда Первой Зимы…
— Не вижу к этому препятствий. Отправь запрос «волной» в столицу, в канцелярию герцога Ориджина. Он пришлет требование в необходимой тебе форме.
— Да, конечно, ваша честь.
— Это займет несколько дней. С твоего позволения, мы проведем их в гостинице. Не посоветуешь ли хорошую?
— «Вишневый двор», ваша честь. Либо «Соборная», либо «Лорд и Светлая Леди».
— Хорошо звучит «Вишневый двор». Пришли туда весточку, когда будешь готов передать заключенных.
— Да, ваша честь.
— А сейчас отправь людей освободить Внучка.
— Сию минуту.
Он кивнул стражнику, и тот передал распоряжение конвою. Пока ожидали появления Внучка, брат Абель заполнил лист показаний и подал Деду:
— Будьте добры… требуется подпись вашей чести.
«С моих слов изложено верно», — вывел северянин твердым судейским почерком. Поставил подпись: «Дед».
* * *
Марк не задавал Деду вопросов о его прошлом. Решил, так будет лучше. Дед, похоже, одобрил решение Марка: рассказал пару историй о смекалистых людях, а все мелодии, какие насвистывал в «Вишневом дворе», были мечтательно беззаботны.
Некоторое время Ворон уделил осмыслению новых фактов. Думалось плохо: отвлекала боль в груди и все, ей сопутствующее. Приходил лекарь — обнаружил три сломанных ребра, наложил повязки, прописал зелье для смягчения болей. Зелье помогало хуже, чем крепкое вино, поэтому Марк предпочел второе первому. Валялся в постели, цедил шиммерийское красное, заедал лакомствами, которые доставляли в комнату по первому приказу… Словом, как мог наслаждался тратой герцогских денег.
Впрочем, одно важное стечение обстоятельств притягивало внимание Ворона. Что за человек Инжи Прайс? Как вышло, что Дед знает его — случайно ли? Допустим, это может быть совпадением. Если северянин много лет отслужил судьей, то должен знать сотни злодеев. Неудивительно, что в ходе следствия пересекся с одним из них. Но вот второе совпадение — диковинней первого: как вышло, что изо всех постояльцев трактира выжил именно Инжи Прайс, знакомый Деду? Да с ним — еще малая пигалица?..
Положим, Парочка — бывалый человек. Успешно справлялся с ремеслом асассина, пока не попался в руки Деда. Потом сумел выжить на галере, еще и сбежать. Пожалуй, обоснованно, что именно он смог спастись из переделки. Но эта, как ее, Крошка Джи?.. Неужели бригада пощадила ее? С чего бы — только по малости лет? Удивительное милосердие, по меркам этих мерзавцев. Должно найтись объяснение. А пока не найдется, нужно быть, как граф Эрроубэк: настороже.
На четвертый день отдыха Ворон окреп настолько, чтобы сходить в почтовое управление Алеридана. Там ожидал пакет от Рыжего.
