Из кабинета настоятельницы Эдера отправилась прямо в классную келью, не переодеваясь после карцера и не завтракая. Ее встретили взгляды соучениц – любопытствующие, презрительные, сочувственные. Эдера не ответила ни на один. Она высмотрела среди аристократок Лиану Комур, подошла к ней, швырнула монеты на раскрытую тетрадь.
– Извини, Комур, что взяла у тебя деньги. Я больше не буду. Никаких денег от стукачей. Будешь решать задачки сама, насколько извилин хватит.
С этими словами она повернулась и пошла в задние ряды. Уже несколько лет она брала деньги с аристократок за помощь с домашними заданиями, контрольными проверками, зачетами и экзаменами. Раньше она бескорыстно давала списывать подружкам-сироткам, решала задачки, натаскивала к экзаменам. А прочие выкручивались как могли.
Но однажды к ней подошла девочка-аристократка из числа тех, с кем Эдера открыто не враждовала, но и близко не общалась – держала вооруженный нейтралитет. Она предложила две серебряных кроны за решение контрольной, над которой тщетно билась несколько дней. Эдера не стала ломаться. Через десять минут перед «клиенткой» лежала готовая контрольная. Два серебренника благополучно перекочевали в карман одаренной ученицы.
На следующее утро алгебраичка сестра Валента хлопала глазами: бесталанная Нельмера положила ей на стол двадцать уравнений без единой ошибки! К вечеру в келью Эдеры навалилась гора из серебра и математических задач. Еще через день безупречные контрольные сдали все аристократки, кроме четырех самых ярых противниц Эдеры. Этим она не помогла бы и за тысячу монет. Шокированная сестра Валента помчалась к настоятельнице со стопкой тетрадок. Обучающая методика мэтра Тарека превзошла все ожидания! Сестра Валента использовала новаторскую систему обучения меньше месяца, и вот ошеломительный результат! Надо списаться с мэтром и доложить в Математическую Гильдию о невероятном успехе!
В Приемном Покое ее сердце разбилось. Матушка располагала куда более прозаичным объяснением внезапного скачка успеваемости по алгебре. В Приемном сидели четыре обойденных воспитанницы. К вечеру в спальных кельях провели массовый обыск. Из незадачливых клиенток Эдеры вытрясли остатки денег. Матушка экспроприировала всю изъятую наличность в счет будущей оплаты пансиона. Она уведомила письмом родителей, что за следующий год плата за пребывание в обители составит на столько-то монет меньше.
Лишь у самой Эдеры не нашли и медного грошика. Кто ни допрашивал ее – Келарша, жестокая монахиня Диния, сама Матушка – Эдера невинно хлопала глазками. «Спросите тех, кто вам настучал. Может, они знают, где это сказочное серебро, которое сами и выдумали?» Она отпиралась, но ее клиентки под угрозой карцера раскололись. Эдеру посадили в карцер на неделю. А как выпустили, она в первую же ночь побежала в деревню и отдала всю выручку фермеру, который задолжал лендлорду. Всю его семью грозили выселить с участка. Бедняк не задавал вопросов спасительнице, откуда деньги. Он молча повалился ей в ноги.
Бизнес Эдеры процветал вопреки бесчисленным обыскам. То и дело монахини прочесывали ее одежду, кровать и шкафчик. Но не находили ни одной запретной вещи, не говоря о деньгах. Особо отважные девицы пытались выследить, куда Эдера заныкала кубышку. Озорницы даже заключали пари. Но никому не удавалось ее подкараулить. Иногда роли менялись. Эдера сама выслеживала сыщиков, охотилась на охотников. И те не обходились без пары синяков. В драке, как и в прятках, Эдере не было равных.
Рассчитавшись с Лианой, Эдера пошла прочь от скамеек с аристократками. На всех уроках она садилась с сиротками. Со знатными барышнями ей было скучно и противно. Все их разговоры сводились к женихам и поклонникам, тряпкам да побрякушкам, богатству и влиянию семей. А противнее всего были их коалиции. Кто-то постоянно дружил с кем-то против кого-то. Эдера долго не могла постичь эту манеру девочек-аристократок объединяться друг против друга. А когда постигла, прониклась глубоким отвращением. Она всегда предлагала свою дружбу от чистого сердца, а не для того, чтобы совместно унизить кого-то третьего.
Кроме Лаэтаны, лишь пара аристократок не играли в подобные игры. С ними у Эдеры и сироток были хорошие отношения. Но даже эти девочки в присутствии себе подобных предпочитали не подходить к сиротам и не общаться. Одна Лаэтана демонстрировала свои симпатии прямо и независимо. Что бы она ни делала, другие барышни не смели травить или игнорировать дочь князя-наместника Арвига – провинции, на территории которой располагалась столица королевства.
