Когда они выбирали печенье, она поймала себя на мысли, что ей нравится то, чем они сейчас занимаются. Вадим со всей серьезностью подходил к выбору продуктов. Он внимательно читал составы на всех упаковках, сравнивал цены, пытался по цвету и запаху определить, насколько испорчен или свеж продукт. Татьяне нравилась его практичность, нравилось обсуждать с ним эти простые вещи. Он не пытался показаться излишне щедрым, пресекая некоторые ее попытки купить какую-нибудь ненужную, но дорогую и красиво упакованную вещь. Он не боялся признаться, что его бюджет ограничен, и он не может удовлетворять все ее принцессовские прихоти, но при этом в рамках дозволенного давал ей полную свободу. Пожалуй, единственное, что он не мог ей доверить – это выбор алкоголя. И все это он делал в легкой, шутливой форме, заставляя ее смеяться.
Накупив целых 3,5 пакета продуктов, они вернулись в машину. Вадим нес три набитых битком пакета, а Татьяне вручил половинку, наполненную посудой и салфетками. Положив все это в багажник, они двинулись дальше. Ехать предстояло еще полтора часа. В пути они не разговаривали ни о чем важном. Вадим рассказывал интересные факты про муравьев, которые он узнал из передачи на «National Geographic», что смотрел вчера ночью. Оказалось, у муравьев насыщенная жизнь, достойная экранизации в форме эпичного блокбастера под руководством какого-нибудь именитого режиссера, наподобие Спилберга. В муравьином мире случалось немало баталий, плелись свои интриги и случались всяческие катастрофы. Татьяна слушала все это с интересом. Приятно было поговорить о чем-то, кроме балета. Потом она начала рассказывать ему отрывки своих знаний из области биологии, ассоциативно вспоминала статьи, что читала давно, но которые ее впечатлили. Затем он чем-нибудь дополнял ее истории. Так плавно протекал разговор, порой меняя русло, уходя далеко в степь и в сторону, но не иссякая. Такой разговор напоминал серфинг по Википедии, когда начинаешь читать одну статью из области биологии, а заканчиваешь совершенно не связанной с ней статьей о причинах провала матча футбольной командой в плей-офф сезона 1987 года. Так и они договорились до обсуждения космологической теории струн, в которой оба ни черта не понимали, но каждый по отдельности, оказалось, посмотрел цикл серий научно-популярных документальных фильмов о вселенной, поэтому каждый считал себя знатоком устройства мироздания.
А потом на приборной панели загорелся непонятный для Татьяны оранжевый значок, из-за чего Вадиму тут же пришлось остановить машину, съехав на обочину.
– Что случилось? – с тревогой спросила Татьяна, пытаясь подглядеть, что происходит на приборной панели, но машина была заглушена, а все значки и кнопочки на приборной панели потушены.
– По ходу, двигатель перегрелся, чтоб его.
Он недовольно отстегнулся и вышел из машины. Татьяна осталась сидеть на месте, внимательно за ним наблюдая в ожидании апокалипсиса. Вадим, посмотрев, что творится под капотом, сообщил прискорбную весть о поломке системы охлаждения. Татьяна подумала в этот момент: «Так и знала, что все кончится плохо!» На дне желудка уже нарастала паника. Она тоже вышла из автомобиля. Они почти доехали до поселка, в котором находилась дача Вадима, им оставалось где-то полчаса. Парень успел свернуть на обочину двухполосной деревенской дороги, окруженной казавшимся непроходимым хвойным лесом. Высокие толстые сосны, зеленые и непреступные, монументально возвышались над ними, нагнетая и без того малоприятную обстановку. Ни в ту ни в другую сторону не было ни видно, ни слышно ни одного автомобиля.
– И что теперь? – встревоженно спросила Татьяна, подходя к открытому капоту.
Под капотом все было таким старым, ржавым и пыльным, что разобраться, что к чему было весьма затруднительным, особенно если смотреть на устройство двигателя в первый раз в жизни. Вадим пальцем показал ей на пыльный, замасленный серый бачок, сообщив, что эта штука не дает двигателю нагреваться, но она сломалась, потому дальше ехать опасно. Татьяна кивнула, но ничего не поняла.
– Надо подождать полчаса, пока остынет. Потом я его заделаю, и поедем, – спокойно сказал парень, улыбаясь, дав ей понять, что переживать не стоит.
Татьяна оставалась в недоумении, но его уверенная улыбка и добродушное спокойствие помогли ей не запаниковать. За их разговорами час, в течение которого они ехали от гипермаркета до этого места, пролетел совсем незаметно. Следующая половина должна была пройти так же быстро, поэтому Татьяна продолжала себя успокаивать, что переживать, действительно, нет смысла.
