Кукольник из Кракова полностью

Услышав, что пришел Кукольник, из соседней комнаты, приглаживая взъерошенные волосы, появился Джозеф. Он выглядел не таким измученным, как в прошлый раз, будто его неугомонное любопытство и оптимизм на этот раз взяли верх и укрепили его силы.

– Сирил… – сказал он и, не тратя времени на церемонные рукопожатия, подошел и крепко обнял Кукольника. Наверное, он хотел это сделать еще в прошлый раз, но это было невозможно. Теперь же он позволил себе это и дружески похлопал Кукольника по спине. – Как я рад видеть вас снова! Как вы живете? Как Каролина?

– С нами все в порядке, – сказал Кукольник. – Только хотелось бы, чтобы мы могли побыть с вами дольше.

– Сколько времени у вас есть? – спросил Джозеф.

– Двадцать минут, – сказал Кукольник. – Уже меньше.

Джозеф заметно огорчился, но тут же взял себя в руки – он знал с самого начала, что визит друга будет коротким.

– Что вам понадобится?

– У вас ведь есть старый кукольный дом Рены, правда? – спросила Каролина.

Конечно, этот вопрос звучал бы странно, если бы не она была автором всего плана. Поэтому Каролина не удивилась, когда Джозеф в замешательстве переспросил:

– Кукольный дом?

– Мне очень нужно забрать его с собой, – сказал Кукольник.

– Да, он еще у нас. Я хотел его продать, но ни у кого нет денег. С его помощью я помогал соседям проносить еду через дыры в стене гетто, чтобы нам было что есть.

– Разве это безопасно? – спросила Каролина.

– Нет, – тихо ответил Джозеф. – Но что нам оставалось делать? У нас не было другого способа прокормиться. – Не желая пугать Рену рассказами о своих опасных вылазках, он выпрямился и сказал: – Если вам нужен кукольный дом, я его принесу. Я верю вам.

И Каролина подумала, что это доверие более драгоценно, чем золотые часы или пригоршня алмазов. Джозеф передавал в руки Кукольнику не свою жизнь, а жизнь Рены. А что было для него важнее, чем дочь?

Дети, которые вначале вели себя робко и тихо, как кролики, теперь сгорали от любопытства, желая узнать, что приготовил им Кукольник. Джозеф и их родители вынуждены были рассказать, что они покидают гетто, и все они – за исключением самого младшего, мальчика не старше двух лет с копной кудрявых локонов, – без сомнения, понимали, какой опасностью грозит им побег.

– Я вас помню. Вы мастер игрушек с Главной площади, правда? – сказала девочка в яркой красной шапочке, когда Кукольник и Джозеф вышли в соседнюю комнату.

Каролина прищурилась при виде шапочки, подумав, что она делает ее хозяйку отличной мишенью для волков. Но больше всего ее поразили темные глаза девочки. Они были очень похожи на глаза женщины на лестнице, и вдруг Каролина поняла, почему та женщина так плакала. Она оставила у Трэмелов свою дочь, чтобы спасти ее и помочь ей найти новый дом.

– Да, это я, – ответил Кукольник.

– Господин Трэмел обещал нашим родителям, что вы отведете нас в безопасное место, – сказал Давид. Он гладил по голове маленькую девочку, свою сестру, как поняла Каролина, и, видя, как спокойно мальчик держится, она почувствовала гордость за него.

– Да, и я намерен помочь ему сдержать обещание, – ответил Кукольник. – Но если мы хотим это сделать, нужно спешить. Сначала я хочу узнать ваши имена.

Но никто из детей не спешил назваться. Для еврейского ребенка в Кракове сказать свое имя было опасно, и дети рано усвоили этот жестокий урок. Каролина сочувствовала им, но знала, как мало у них времени.

Давид отозвался первым:

– Я – Давид. А это моя сестра Данута. – Он усадил девочку себе на колени. Она застенчиво кивнула и снова засунула в рот палец.

Приободрившись, следующей назвала свое имя девочка, узнавшая Кукольника.

– Я – Роза, – сказала она, – а это моя двоюродная сестра Сара.

Она подтолкнула вперед светловолосую девочку с двумя идеально заплетенными, аккуратными косами. Сара слегка выпятила губки и сложила руки на груди в знак того, что решительно отказывается что-то говорить.

Один за другим дети назвали Кукольнику свои имена, сложив их к его ногам, словно сокровища. Это были Элиаз и Арон, Мишель и Рубин, Раска и Лея, Перла и Гилта. Последней назвалась Рена – хотя она, конечно, не нуждалась в представлении.

Когда все дети представились, в комнату вернулся Джозеф с кукольным домом в руках. Он поставил его на пол и замер в ожидании.

Кукольник повторял имена детей, едва слышно произнося их одно за другим, пока они не стали звучать для Каролины, как стихи.

Запомнив их, Кукольник закатал рукава рубашки. Он немного нервничал, и Каролина молилась, чтобы волшебство удалось ему и в этот раз.

– Вы покинете гетто в этом домике, а значит, вам придется стать очень маленькими и вести себя очень-очень тихо.

Джозеф приподнял бровь.

– Но как вам это удастся?

– Волшебники могут делать многие вещи, в том числе изменять форму людей так, чтобы они могли поместиться в кукольный дом, – сказала Каролина.

– Хорошо, – сказал Джозеф, кивнув в знак согласия. – Я вам верю.