Амалия сладко зевнула, смотря на сестру полусонными глазами. Регина опустила её водительское кресло, но так, чтобы оно не помешало в дальнейшем вылезти из машины. Она по-детски сложила руки под голову, скрутившись на бок, и закрыв глаза, погрузилась в сон. Регина полезла на заднее сиденье, и выбралась из машины тем же путём, что и Майя. Та устало, падая и поднимаясь, плелась к другому месту аварии. По телу Регины пронеслась мелкая дрожь. Будь Майя просто племянницей, а в джипе сидели бы незнакомые люди, она бы не усыпила Амалию, вызвала, как полагается, карету скорой, аварийного комиссара. Но в той машине был хорошо знакомый Вальтер и пожилая женщина, напомнившая чертами лица ту, что добровольно покинула этот мир вместе с возлюбленным.
В ушах Маррики свистел тёплый ветер, пот градом катился по её лицу, капли, скатывающиеся на нос, проникали в ноздри и противно щекотали. Солнце нещадно пекло голову. Перед глазами мелькали цветные пятна, джип то пропадал из вида, то снова появлялся.
Маррика выплюнула, собравшиеся на губах частицы земли. Ноги не держали, Мартта молчала, словно произошедшее её не касается. Маррика успела возненавидеть слабое тело близнеца и начинала питать ненависть и к ней за то, что струсила и скрылась. Доволочившись до джипа, она ясно осознала — Макситали перешёл от угроз к действиям. Случайностей здесь быть не могло. Мартта может продолжать думать, что всё нереально, но запах бензина и гари, витающий в воздухе, настоящий, как и дерево, в которое машина впечаталось. А оно будто попилило капот напополам, от него наверх тянется дым.
Маррика, хрипло дыша, припала лбом к окну со стороны водителя: внутри салона пусто, ружьё с погнутым дулом лежит на заднем сиденье, а на месте, где сидела Лаура непонятная горстка чего-то серого. Сглотнув с трудом ком в горле, она слабо ударила по стеклу, затем ещё и ещё. Навернувшиеся слёзы обжигали глаза, машину Маррику всё-таки обошла и бросила все силы на то, чтобы открыть дверь. Широко распахнув её, она упала перед креслом на колени. Перебирая смесь трясущимися пальцами, Маррика не могла понять, почему та ничем не пахнет. Макситали определенно что-то сделал. Подоспевшая Регина, легонько тронула её за плечо, заглядывая в салон машины. Маррика вздрогнула, посмотрела на неё дикими заплаканными глазами и сипло спросила, показывая на смесь:
— Что это?
Регина всё поняла с первого взгляда. Удушливая тревога, поселившееся в ней, грозила разорвать грудную клетку. В ушах зазвенело, сердце колотилось как бешенное.
— Скажи мне что это!
— Пепел.
Сказанное Региной прозвучало как гром среди ясного неба. Маррика истошно закричала, попятившись от кресла, как ошпаренная. Регина почувствовала в горле ком. Вальтер не был другом, но та пожилая женщина, представленная Мариной, никак не шла у неё из головы. Почему же они жили в чужом доме, что их связывает?
Она попыталась приобнять и утешить Майю, но та вырывалась, вскакивала на ноги, отходила и кричала во всё горло до хрипоты. Когда силы иссякли, Маррика рухнула на землю с поникшей головой. Регина обняла её за плечи, поцеловала в темечко, побежавшие по щекам слёзы капали на холодно-белые волосы и терялись среди прядей. Маррика накрыла её руку ладонью.
Поздним вечером того же дня в доме Лауры загорелся свет.
Маррика наотрез отказалась возвращаться в Санкт-Петербург, чем полностью вывела из себя и без того взвинченную Амалию. Слегка дрожащим голосом та умоляла дочь понять и прислушаться, но стоило ей отвлечься на звонящий телефон, тут же менялась в лице и отвечала, как робот «Да, Роберт», «Нет, Роберт». Подмогу вызвали, как позже выяснилось, сотрудники заправки. С подоспевшими службами больше всех общалась Регина, как бы отдуваясь за тех, кто был жив и кто таинственным образом пропал. Маррика ни во что не вникала, слова приёмной матери не трогали сердце, и вся канитель вокруг была для неё не более, чем немой фильм. Врач, осмотревший её, сказал: «Жить будешь». Вердикт прозвучал для неё, как приговор.
Когда пришло время прощаться с Пак, эвакуатор уже забрал машины. Амалия перед тем, как сесть в заказанное такси, приобняла сестру и строго сказала ей на ухо «Чтоб обе вернулись! Ты поняла меня?» Регина кивнула головой и громко захлопнула за ней дверь, после чего повернувшись к племяннице, неожиданно произнесла: «Поехали домой». Маррика не села в машину, пока не услышала адрес назначения: Лесная 13б. Так они вместе очутились в доме Лауры.
Регина принялась растапливать печь. За жарким днём близилась холодная ночь. Маррика села на тахту и стала внимательно наблюдать, как Регина в чужом доме безошибочно нашла, где лежат дрова, включила газовую плиту, и, налив из жёлтого ведра кристально чистую воду, поставила чайник кипятиться.
— Ты была здесь раньше? — скрипучим голосом спросила Маррика. У неё болело горло, и гланды будто бы опухли.
— Нет, — резко ответила она, разглядывая чашки в раковине. — А что?
— Ничего.
