Сюзанна хлопнула мужа по руке.
– Ну-ка, сгруппируйтесь, чтобы я мог вас всех сфотографировать! – Рольф поднял камеру. – Улыбаемся… Щелк.
Пютте радостно рассмеялась. Даже мрачный Сигге растянул губы. Лола проглотила подступивший к горлу комок. Она потеряла семью – и обрела новую.
Да, похоже, это и называется «вернуться домой».
Эрика не спала всю ночь, и Патрик, скорее всего, тоже. Вчера они засиделись до двух часов. Обсуждали, спорили, но так ни к чему и не пришли. Наконец легли в постель, спина к спине, и так лежали, глядя каждый в свою стену.
«Повышенная вероятность патологии. Рекомендуем обратиться к врачу для дальнейшего обследования». Эрику знобило при одной мысли об этом письме. Она так устала, что едва помнила свое имя, и долго обнимала Патрика, прежде чем отпустить его на работу. Его лицо было пепельно-серым.
Старая деревянная шлюпка – самая ценная часть отцовского наследства – была пришвартована на пристани в Бадхольмене. Большинство лодок владельцы вытащили на зимовку. Патрик и Эрика, как всегда, оставались последними.
Когда Эрика подошла, Луиза уже ждала ее на пристани. Она как будто только что приняла душ и собрала влажные волосы в «хвост» на затылке. Ни малейшего следа макияжа на чистом, посвежевшем лице. Рядом большая сумка.
– Ты путешествуешь налегке, – заметила Эрика, обнимая подругу.
Даже через осеннюю куртку ощущалось, как Луиза похудела.
– Мне много не нужно.
Она держала причальный канат, пока Эрика поднималась на борт.
– Спасибо, что согласилась подвезти меня.
Луиза бросила легкую сумку на палубу, прежде чем осторожно запрыгнула сама. Она держала канат, пока Эрика заводил мотор, и осторожно подвинулась, чтобы та могла оттолкнуться от причала.
– Полный штиль, – заметила Луиза и показала в сторону горизонта.
Они отчалили, оставив позади Фьельбаку.
– Как по заказу. – Эрике удалось рассмеяться с рулем в правой руке и прислоненной к корме спиной. – Я считаю себя в целом неплохим лоцманом, но все еще чувствую себя неуютно в открытом море.
– Терпеть его не могу… – Луиза прикрыла глаза и подняла лицо к небу.
– Как родители отнеслись к твоему возвращению на остров?
– Разумеется, они недовольны, – ответила она, не глядя на Эрику. – После всех этих публикаций… Они хотели забрать меня с собой, в Сконе.
– Но ты туда не хочешь?
– Ты же знаешь, какие они…
Луиза криво улыбнулась. Эрика не ответила, но согласилась с ней. Она сама чуть с ума не сошла, пообщавшись с Люссан.
– Как Хеннинг? – Эрике приходилось кричать, чтобы Луиза услышала ее сквозь шум воды.
– Ему ничего не нужно, кроме Нобелевской премии.
– Наверное, это ужасно, когда ты почти получил желаемое, а тебя отталкивают…
– Да. Ужасно. – Луиза все еще стояла с закрытыми глазами.
– А Элизабет?
– Элизабет плевать на премию. Мальчики были для нее всем.
Голос Луизы изменился и стал глухим. Она встряхнулась и сложила руки на груди в оборонительном жесте.
– Элизабет всегда и во всем поддерживала Хеннинга. Лично я никогда не могла взять в толк, зачем она это делала. Он был никем, когда они встретились. Нищий, никому не известный писатель с кипой весьма посредственных рассказов. А она была дочерью и наследницей одной из самых богатых и влиятельных издательских семей Швеции. Ответ на вопрос, зачем она ему понадобилась, для меня очевиден. Но я не понимаю, что она в нем нашла, хотя на старых фотографиях Хеннинг выглядит очень симпатичным парнем. Я… я рада, что для Элизабет свет клином на нем не сошелся.
– Ты имеешь в виду Рольфа?
Эрика не могла сдержать любопытства.
– Да, Рольфа. Мне довелось читать ее любовные письма к нему. Вивиан нашла их на той неделе. Как и кипу фотографий Лолы того времени, сделанных Рольфом. Вивиан позвонила мне и спросила, что с этим делать. Она не хотела связываться с Элизабет из опасения причинить ей боль. Мне стало так любопытно, что Вивиан сфотографировала для меня некоторые из них и переслала на телефон.
– Пропавшую фотографию она тоже нашла? – взволнованно спросила Эрика. – Почему ты до сих пор молчала?
– Это не мое дело. Я посоветовала Вивиан позвонить в полицию. Не знаю, как она поступила.
– Она не объявлялась в полиции, – сказала Эрика. – Ничего, если я расскажу Патрику? Покажешь мне эти фотографии, если они при тебе?
– Конечно, – ответила Луиза. – Ты можешь сообщить Патрику, что у Вивиан есть то, что он ищет. Она нашла и анонимные письма, которые получал Рольф, с компроматом на «Бланш».
– Одну минуту. Я ему позвоню.
Но звонок не прошел. Как обычно, в открытом море нет связи. Эрика выругалась и отправила Патрику сообщение. Скрестила пальцы, чтобы оно побыстрей дошло. Все получилось, и она положила телефон в карман.
– Что еще говорила Вивиан? Она по-прежнему не догадывается, кто отправлял Рольфу эти письма? И что было на той фотографии?
– Всему свое время, – уклончиво ответила Луиза и показала в сторону берега. – Мы приплыли.
Эрика стиснула зубы. Она хотела знать все и сейчас, но опыт подсказывал, что наседать на человека, который не готов говорить, плохая идея. А Луиза, судя по всему, боролась с переполнявшими ее чувствами перед возвращением на остров.
