– Лола, да, – продолжала Биргитта. – Она была хорошим человеком, и это все, что мне нужно было о ней знать. Я только… немного завидовала, что ноги у нее красивее, чем у меня.
Эрика рассмеялась:
– Да, я видела ее фото. Лола была очень красивой.
– Погодите-ка…
Биргитта встала и вышла из комнаты. Она отсутствовала так долго, что Эрика уже подумывала уйти, когда Биргитта появилась с черной коробкой в руках.
– Могу дать вам это, если обещаете вернуть, – сказала она. – Лола передала мне их как раз перед тем, как она и Пютте вернулись домой, к Богу. Думаю, таким образом она хотела снова пригласить меня в свою жизнь. Ничего не получилось, к сожалению…
Эрика открыла коробку и ахнула. Столько фотографий, целый архив! Много пожелтевших, с белыми складками по углам. Здесь все – и Моника, и Лола, и Пютте… Руки Эрики дрожали, когда она пролистывала снимки.
– Спасибо, обещаю вернуть всё в целости и сохранности.
Когда пошли к выходу, Эрика остановилась в дверях кухни. Виктор сидел за столом, глубоко сосредоточенный, и, высунув язык, что-то писал мелком. Наконец поднял картинку с изображением обезьяны и соответствующей подписью большими буквами.
– Смотри, что я написал!
Биргитта подошла к нему, поцеловала в макушку и обняла.
– Спасибо за возможность немного поговорить о моей Монике. И о Лоле. Я надеюсь, что и вы скоро откроетесь достаточно для принятия Бога в свое сердце.
Эрика улыбнулась.
– Бог, о котором вы говорили, всегда в нем.
Патрик стоял перед двумя досками в конференц-зале, готовый открыть совещание.
– Что с Рикардом? – спросил Мельберг из своего угла.
– Именно с него я и хотел начать. Рикард задержан, но со вчерашнего допроса мы больше от него ничего не слышали. Ждем адвоката, который скоро должен быть здесь.
– Все еще ни в чем не признается? – Мельберг потянулся за песочным печеньем, которое выставила на стол Анника.
Патрик покачал головой:
– Все отрицает.
– Насколько это правдоподобно? – спросила Паула.
Хедстрём задумался, пытаясь вспомнить свои ощущения после вчерашнего допроса.
– Не знаю. Мне трудно судить о Рикарде. Он весь какой-то… фальшивый. Есть еще вариант, что он был настолько пьян, что ничего не помнит.
– Мы взяли у него образец слюны? – спросил Мартин.
– Нет, к сожалению.
Патрик кивнул в сторону доски с множеством фотографий и указал на ту, которую повесил незадолго до совещания.
– Прошлой ночью я получил от Луизы Бауэр скриншот сообщения, которое Рикард отправил ее мужу в ночь убийства:
– Коротко и ясно, – резюмировал Йоста. – Неужели я единственный здесь, кто это понимает? Орудие убийства не найдено, но у нас есть окровавленная рубашка и этот текст. В котором часу было отправлено сообщение?
– В три пятнадцать ночи, – ответил Патрик.
– Есть информация от медиков относительно времени смерти?
Патрик покачал головой:
– Нет пока. Мы всё еще ждем результаты анализов. Это касается как медицинских, так и криминалистических проб. В том числе тех, что были взяты с оцепленного места убийства Рольфа. Насколько мне известно, Фариде торопит лабораторию как может. Учитывая нетерпение СМИ, думаю, они скоро представят результаты.
– Хоть какая-то польза от прессы, – заметил Йоста.
Патрик промолчал, но про себя согласился с коллегой.
Мартин поднял руку со своего конца стола:
– Насколько правдоподобно, что Рикард убил Рольфа? По мне, так вполне.
– У нас нет ничего, что указывало бы на это, – ответил Патрик. – Ни мотива, ни свидетельских показаний, ни улик. С другой стороны, никаких подтверждений тому, что это сделал не Рикард.
Он оглянулся на доски. Левая заполнена фотографиями, правая пуста.
– Давайте еще раз пройдем через все, что у нас есть, без предубеждений. Я готов сыграть роль адвоката дьявола. Итак, чем мы располагаем? Убийство Рольфа, потом Петера и мальчиков. И никаких идей, ни досужих домыслов – ничего такого. Анника, ты записываешь?
– Да. Я делаю заметки и включила запись на телефоне. Давай, я пишу быстро.
Патрик повернулся к пустой доске и взял маркер.
– Как нам известно, убийство Рольфа Стенкло произошло в ночь с субботы на воскресенье. Точное время смерти сообщит судмедэксперт, но тело было холодным, когда его нашли. Следовательно, к тому времени он был мертв уже несколько часов.
Патрик показал на фотографии мертвого тела Рольфа на левой доске.
– Якобы он готовил в галерее свою выставку, которая должна была открыться вчера, в понедельник. Переставлял на стенах пустые рамки с ярлыками, на которых написаны названия работ из экспозиции. Сами же фотографии стояли в углу. Пятнадцать штук, общей стоимостью в несколько миллионов. Кто-то проник в галерею и выстрелил Рольфу в затылок из пистолета для забивания гвоздей, который, как мы можем предположить, был на месте происшествия. Отпечатков пальцев на пистолете нет, вероятно, его протерли. ДНК тоже не обнаружена, но есть образцы ткани, пробы которой взяты криминалистами. На данный момент мы не можем утверждать, оставил ли эти волокна Рольф, убийца или кто-то третий.
