— Ладно, как знаешь. Но имей в виду, я тут рядом. Если решишь рассказать, я выслушаю, — заверил я.
Он снова кивнул и поспешил к выходу, что-то пробормотав на ходу про встречу и дела. Я проводил его взглядом, чувствуя неприятную тяжесть на душе. Что-то явно случилось, только что именно — не ясно. В конце концов, если захочет, сам расскажет. Главное дать понять, что он не один. Я-то хорошо знал, что значит быть одному против всех…
Через пару минут после ухода Игоря мой телефон тихо зажужжал. Я все еще не привык к этой привычке всех общаться исключительно через звонки и сообщения, поэтому каждый раз чувствовал какой-то легкий дискомфорт.
На экране светилось имя Паши.
— Саня, ну че, мы выезжаем, — бодро заговорил он. — Все готово, через час будем у тебя, и поедем к твоей старушке.
— Добро, — коротко подтвердил я. — Жду тогда.
К встрече с Тамарой Павловной я на этот раз решил подготовиться. Отправился в ближайший супермаркет.
Выбирая продукты, старался брать все самое полезное и свежее — овощи, фрукты, сыр, колбасу получше. Ту, которую сам бы ел. На секунду вспомнил, как в девяностые люди порой жили, считая каждую копейку. А пожилые люди, оставшись без средств к существованию, вообще зачастую выживали только благодаря соседям. Вроде и годы прошли, а некоторые вещи так и остались неизменными. Только теперь люди почему-то еще сильнее отдалились друг от друга, больше доверяя телефонам, чем соседям за стенкой.
Набрав две большие, увесистые сумки продуктов и бросив взгляд на часы, я понял, что близнецы скоро подъедут. Рассчитавшись, я вернулся в зал. Во время, у входа затормозил тонированный внедорожник. Я, прихватив пакеты с продуктами, подошел к багажнику. Паша высунулся из окна, широко улыбаясь.
— Ни фига ты упаковался!
— Багажник открой, — попросил я.
Паша открыл багажник и мои брови тут же встали домиком от удивления. Багажник в внедорожника был полностью забит продуктами. Я прикупил немало, но у близнецов в машине лежала целая продовольственная база как минимум.
Я не без труда впихнул внутрь свои сумки и закрыл багажник.
— Ну че, готов добро делать? — обернулся ко мне Паша, сидевший на пассажирском сиденье.
— Всегда готов, — усмехнулся я, устраиваясь поудобнее.
Братья выглядели бодрыми и настроенными по-деловому. Молодцы, конечно, пацаны. За спиной целый съемочный день, а они даже толком не устали.
Как только машина тронулась, Паша снова повернулся ко мне
— Сань, расскажи поподробнее про старушку эту, что за человек?
— Тамара Павловна ее зовут. Бабулька одна совсем живет, никого у нее нет. Понимаете, человек она просто замечательный. Добрая, честная. Работала всю жизнь на каком-то заводе, а потом в архиве пожар случился, все документы сгорели подчистую. Пыталась восстанавливать — без толку. Архивов нет, завода уже тоже нет, доказать трудовой стаж никак не выходит. В общем, осталась с копеечной пенсией.
— Вот ведь жесть какая, — покачал головой Леша, сидевший за рулем. — Человек всю жизнь работал, а в итоге один на один с бедой. Конечно, таким людям помогать надо обязательно.
— Вот я о том же, — кивнул я. — Хорошо, хоть есть возможность что-то реально сделать.
Вскоре внедорожник свернул на улицу, где стоял дом Тамары Павловны. Увидев его, Паша присвистнул и притормозил прямо перед подъездом
— Е-мое, да тут сам дом на соплях держится!
Здание и вправду выглядело удручающе: облезлая штукатурка, выбитые стекла в подъезде, ржавая входная дверь.
Пакеты с продуктами я взял с собой, понимая, что для Тамары Павловны сейчас это куда важнее всего остального. Близнецы тоже прихватили кое-что из своих запасов.
Едва мы переступили порог подъезда, как в нос ударил тяжелый запах сырости, перемешанный с резким запахом мочи. Но даже сквозь такие не самые приятные ароматы, я почувствовал отчетливый запах перегаром.
В дальнем углу, прямо на ступеньках, полусидел сосед Тамары Павловны. Тот самый алкаш-сиделец, с которым я уже имел «приятную» беседу в свой прошлый визит.
Завидев нас, он вскочил, едва не падая, и забормотал, выставив вперёд ладони.
— Не-не, мужики, я к ней больше ни ногой! Все-все, завязал!
Я подошел ближе и натянуто улыбнулся, недоброй так.
— Ты смотри, дружище, если узнаю, что заходил к ней снова, то… — я провел большим пальцем поперек горла. — Понял меня?
Алкаш торопливо закивал, глаза его округлились от страха, словно он увидел призрака из прошлого. А я им отчасти был.
— Понял, понял, больше не буду, честно слово!
— Это кто такой? — спросил Паша, недоверчиво разглядывая испуганного соседа.
— Да так, местный элемент, — коротко ответил я, махнув рукой. — Пойдемте, нам на второй этаж.
Поднявшись по узкой лестнице, мы подошли к двери квартиры Тамары Павловны. Я аккуратно постучал, стараясь не спугнуть ее своим визитом.
— Кто там? — из-за двери донесся тихий, настороженный голос
— Это я, Саша, Тамара Павловна, — спокойно ответил я. — Не бойтесь, свои.
Через секунду дверь медленно приоткрылась, и старушка, настороженно выглядывая из-за цепочки, увидела меня. На ее лице появилось облегчение.
— Ой, Сашенька, ты! Сейчас, погоди, открою.
