Закрыл книгу и убрав на полку – ушел досыпать. До рассвета и уроков оставалось пять часов, времени вагон. Мне как раз хватит. Прошел в гостиную, потом в комнату, лег под одеяло и под сопение Кребба и Гойла – уснул. Толстяки и правда храпят, но с храпом Рона не сравнятся. Так что меня это не напрягало. И проснулся сам, даже будильник не понадобился. Собрался, привел себя в порядок, взял книги и свитки, толкнул храпунов и пригрозил Агуаментати. Встали, переваливаясь с бока на бок. Лишь слово – завтрак помогло их поднять окончательно.
Вышел из комнаты, шел в Зал, нагнал Нотта, шли вместе. Сели тоже рядом. А потом на уроки. Первым ЗОТИ с Гриффиндором. И что странно, профессор Люпин опаздывал. Что для него не характерно. Но тут резко влетает наш декан, выключает свет и заводит проектор, говоря открыть страницу 394. Все в шоке, не понимаем, что происходит. Как оказалось, профессор заболел и вести ЗОТИ будет декан. Мы не против, а вот гриффиндорцы – очень даже.
- Ликаны?! – шокировано сказал Рон, - мы же еще на болотниках! – но профессор пригрозил снятием баллов и резко, с помощью палочки и магии перелистнул учебник на нужную страницу. Рон притих, как и все гриффиндорцы. А профессор задал вопрос:
- Кто из вас ответит мне, чем отличаются ликаны и анимаги? – высоко тянула руку Гермиона, отчаянно желая ответить, ее не спросили, даже не обратили на нее внимания. Зато ответил Рон, не поднимая руки, не смотря на экран, а в книгу:
- Анимаг – это волшебник, способный принимать животную, птичью или еще какую-то форму по своей воле, в любое время. Например, профессор Макгонагалл, ее форма - кошка, - говорит без разрешения Рон, а профессор слушает и не снимает баллы, - а ликан – это больной ликантропией волшебник, обращается без желания каждое полнолуние.
- Хм, - выдал профессор, - тридцать баллов Гриффиндору за развернутый ответ мистера Уизли. Все так, как и сказал нам мистер Уизли. Записываем… - и пошли отличительные особенности ликанов.
Оказалось, есть обращенные, а есть рожденные ликаны, они же оборотни. Оборотнем рождаются, а не становятся. Оборотень – это потомок или двух ликанов, или ликана и волшебника. Процесс обращения у таких существ происходит так же в полнолуние, но не как у ликанов – болезненный с последующим отходняком, а добровольный, безболезненный, и отходить после полнолуния им не нужно. Оборотни живут в согласии со своим внутренним зверем.
В отличие от ликанов, оборотни могут пользоваться способностями зверя, такими как: обостренный слух, дальнее зрение, различие запахов и вкусов, сила и скорость у оборотней вне полнолуния выше человеческой. Казалось, много плюсов и ни одного минуса. А они есть. Оборотни, в отличие от ликанов практически не владеют магией, волшебников среди них один на десяток, даже реже. Ликан, хоть и укушенный и заражённый, но по-прежнему волшебник, поэтому магия при нем, лишь меняется окрас, если волшебник был светлым или нейтральным. Нюансы, как говорится, есть везде.
Что касается анимагов. Тут тоже не все гладко и идеально. Не каждый волшебник становится анимагом. Или этот Дар в крови от предков или есть к нему предрасположенность, как у профессора Макгонагалл. Анимагия – это раздел высшей Трансфигурации, изменение формы, когда одно живое существо приобретает форму другого живого существа. Анимагия, как и вся магия, перед применением должна быть тщательно изучена. Желательно, чтобы рядом был наставник, владеющий анимагией. В противном случае, волшебник может или перегореть или застрять в частичном облике или в животном, без возможности вернуться в человеческую форму. И каждый анимаг, приобретя форму должен зарегистрироваться, в противном случае – это карается Азкабаном.
- Урок окончен! Жду от каждого из вас эссе размером в свиток о различиях анимага и ликана, с примерами, - закончился урок, мы все шли на следующий. На Травологию с Пуффендуем.
А я смотрел на профессора и думал, какой сегодня день и какой был вчера. А именно – полнолуние. И как мне кажется, не зря, а с какой-то целью, заменяя профессора Люпина, декан дал тему: «Отличия ликанов от анимагов». Явно с умыслом или желанием предупредить нас об опасности. А в голове его же слова, когда-то давно, еще в прошлой жизни мне адресованные: «Поттер, вам вредно думать. Неприятностями чревато!», так оно и есть. Думы меня ведут именно к ним, к неприятностям.
За мыслями о профессорах, ликанах, анимагах и фазах луны, не заметил, как прошел урок с профессором Стебель, потом обед. Пришел в Большой Зал. Сел рядом с Ноттом, что-то поел и ушел, махнув, сказав ему «пока». Следующий урок у нас вечером, почти ночью. Времени полно, как и на задания. Поэтому бросил в комнату сумки с учебниками и пошел гулять по школе, думать над тем, как быть с той информацией, которая бродит в мыслях, относительно профессора Люпина и стечения обстоятельств, наталкивающих меня на мысль о том, что он – ликан.
