– Ясно что, нас ждут, – бурчала я, – принять хотят в теплые дружеские объятия. Вручить в наши, как заливал Олег, изящные нежнокожие руки гематитовый череп. Отсыпать на прощанье нам пару мешков тех самых алмазов, которые по версии Светика хрустят сейчас под ногами. И по красной ковровой дорожке проводить по домам вязать носки Паладинам.
– Мда, Рин, ты умеешь вселять оптимизм, – усмехнулась Рита. – Хотите прикол, девчонки? Там уже никого нет.
– У меня сейчас мозг закипит! – едва не взвыла Света. – В каком смысле никого нет?
– В прямом. Пусто. И куда делись, без понятия.
– Короче, девчонки, – у меня кончилось терпение, – хватит уже трепаться, сейчас быстро забираем череп и сваливаем из этого дурацкого хрустящего храма.
– Карин, притормози, – не согласилась Света, – нельзя забывать об осторожности. Не могли же три сотни кого-то там чуть ли не сквозь землю провалиться…
– Ну почему же, – хихикнула Рита, – чисто теоретически это вполне осуществимо.
– Нет, ну правда, – продолжала Света, – будем действовать осторожно. Подберемся поближе, а там уже по ситуации посмотрим. Лады?
Возражений не последовало.
Впереди, как блондинистая модификация GPS-навигатора, шла Рита. Потом Света, я же замыкала шествие.
– Мы уже близко, – прошептала Рита минут через пятнадцать.
Стало светлее. Показался выход из туннеля в зал, в котором, по всей видимости, горели факелы.
– Вопрос на засыпку, – шепотом пробурчала я, – если тут никого нет, то кто зажег факелы?
– Так, может, они того, вечные, – предположила Света. – Бывают же такие, в которых огонь всегда горит.
– Ни фига они не вечные, – с позиции знатока возразила я, – они самые что ни на есть обыкновенные.
– Ну чего вы до факелов докопались? Подумаешь, пришел какой-нибудь добрый белобородый старичок и зажег их, – нервно хихикнула Рита.
– Ага, – мрачно усмехнулась я, – а точнее, три сотни самых что ни на есть добрых белобородых старичков, которым просто больше нечем заняться, кроме как зажигать факелы в храме богини смерти. Так сказать, плановый выезд местного дома престарелых по памятным местам.
– Карин, ты чего нервничаешь-то? – поинтересовалась Света.
– С чего ты взяла, что я нервничаю? – насупилась я.
– Мы же не первый день знакомы, – она улыбнулась. – Ты когда нервничаешь, всегда начинаешь ехидничать. Своеобразное проявление самозащиты.
– Просто неуютно мне очень, ведь талисман меня теперь об опасности не предупредит, – честно ответила я. – Да и жутковато как-то осознавать себя на много метров под землей.
Мы уже были совсем близко к выходу. Я осторожно выглянула в зал. Он оказался действительно огромным. Массивные каменные, словно отполированные колоны подпирали потолок. Факелы закреплялись именно на них, потому в зале и было сравнительно светло. В противоположном конце виднелся черный прямоугольник выхода в другой туннель. А прямо посреди зала на высоком постаменте возвышалась статуя. И ни души вокруг.
– Ну и где этот череп, Рит? – спросила я, первая проходя в зал.
– Да здесь где-то, давайте у статуи посмотрим, – предложила она, – все равно тут больше негде.
Мы подошли поближе.
– Маменьки мои, жуть какая, – выдохнула Рита, разглядывая статую.
Статуя действительно выглядела страшновато. Она была сделана из угольно-черного отливающего от огня красными бликами камня. Высотой практически до потолка, где-то метра три, если приблизительно. Причем, основную высоту создавал ступенчатый постамент.
Мы поднялись по ступеням прямо к статуе. Черная каменная девушка оказалась одного со мной роста. Жуткая, но все равно красивая. Да и выполнена была с потрясающим мастерством. Неведомый скульптор вполне реалистично изобразил волнистые пряди длинных волос, складки потрясающего платья и даже тончайшую вышивку на нем, грациозную осанку незнакомки, изящные выпрямленные руки с тонкими пальцами… Она словно что-то протягивала кому-то, будто бы невидимый бесценный дар. Казалась, что девушка живая, просто вдруг замерла на мгновение. Скорее всего, с ласковой задумчиво-грустной улыбкой. Хотя отсутствие головы как-то не очень позволяло представить ее лицо.
– Мда, всадник без головы нервно курит в сторонке. Интересно, ее сразу такой сделали или уже потом обезглавили? – задумчиво пробормотала Света. – Судя по наличию волос, голова все-таки изначально существовала.
– Все может быть. – Рита опасливо огляделась по сторонам. – Но, как говорится, искусство вечно, а жизнь коротка, так что хватаем череп и сваливаем.
