— Твой черед удивляться, человек, — команданте оскалился, хлопнул Эрвина по плечу. Эрвин не заметил. Было не до того. На его глазах Эви замерла, потянулась, коснулась ладонью треугольной головы. И поцеловала исполинскую змеюку. Дела…
— Королева змей, — выдохнула Миа из-за руля, сложив руки в молитвенном жесте. Ирина фыркнула, пробарабанила пальцами по броне. Птицы над ее головой раскричались — тревожно.
За плечом Эви выросла вторая гибкая полоса. Толстая, в ляжку, с кисточкой на конце. Эрвин вначале подумал — вторая змея, потом понял — удав тот же, просто с хвоста. Мониста звякнули, пальцы Эви пробежали по змеиной голове — ласково, будто почесали за ушком. Хвост обвился вокруг бампера грузовика, напрягся слегка, дернул. Заскрипели ветви над головой, послышался треск. Под ноги Эви, кружась, упал лист. Чвакнул песок, машина на глазах Эрвина задрожала, поднялась и стала колесами на твердую землю. Мониста звякнули, благодарственно, в такт. Зашуршала листва в вышине. Перламутровый, зеленый и синий, чудовищный змей свернулся в клубок, втянулся, распрямляя кольца, в траву и исчез, будто его и не было.
«Дела» — присвистнул Эрвин, проверяя шляпу на голове. Как ни странно, цела. После всех чудес — удивительно даже. Комманданте поблагодарил жену — коротко, всего парой гортанных, чудных уху фраз. Та улыбнулась, кивнула в ответ. Звякнул в руке котелок — Эви как раз собирала посуду.
— Может, поедем уже? — аккуратно спросила Ирина, посмотрев на часы. Солнце на небе давно перевалило зенит и ползло сквозь синеву в сторону неведомой Фиделиты.
— Поедем сейчас, — ответил комманданте не поверув головы, — к ночи будем в Фиделите.
— К завтрашней ночи, — поправился он спустя полчаса, глядя на озабоченных донельзя Эрвина со Станиславом. Оба в масле с ног до головы. Чужой грузовик заводиться отказался. Напрочь, совсем: упругий росток туземного тростника прошел сквозь проржавевшую защиту картера и пробил старой машине маслопровод. Масло вытекло со всеми вытекающими. Последняя капля — как раз Эрвину на лицо. И в кузове бэхи — бардак, трос не пойми куда подевался.
— Может, ну его? Поедем на нашем? — проворчал Эрвин, вытирая руки черной, промасленной тряпкой.
— Не получится. У нас тут…
Эрвин, не дослушал, заглянул в кузов чужого грузовика. Ничего интересного — вдоль бортов немудрящий дорожный скарб «коммандо», обернутые пластиком тюки — если приглядеться, то видно, что книги. Станислав не врет. Черный ящик у дальней стены. Здоровый такой.
— А это что?
— Это рояль. Из столицы, для музыкального класса. Единственный у нас класс со стопроцентной посещаемостью. Сами видели, как местные поют.
За бортом шелестели ветками порыжевшие колючие кусты. Пела птица в ветвях. Эрвин пожал плечами, спрыгнул и пошел назад, искать трос — в конце концов, после всех сегодняшних чудес рояль в кустах был не самой большой странностью. Через час трос нашли. Еще через час БТР уехал отсюда — на восток, раздвигая носом слежавшийся хворост. Медленно, тяня за собой грузовик со Станиславом за рулем, старым Яго, Эви, «коммандо» и роялем в кузове.
По лесу они ехали медленно, две машины одна за другой. Угловатый, тяжело рычащий мотором бтр и сзади угловатый старенький грузовик на жесткой сцепке.
