В этой жизни Кир был студентом-медиком, но сейчас забота его была не медицинского, а скорее кулинарного рода. Молодое вино диво как хорошо, если в него добавить капельку осеннего безумия. Безумие летнее очаровательно с сангрией и портвейном, а зимнее безумие неплохо идет с ледяным шампанским и айсвайном. Но молодое, не перебродившее еще вино из урожая этого года требует осеннего безумия. Кир обещал Джентльмену доставить пару склянок для ежегодного пира, который Джентльмен устраивал по случаю праздника урожая. Для этого он и топал сегодня с однокурсниками, начинавшими практикум в городской психлечебнице. Сейчас, однако, он отстал от товарищей и шагнул на размякшую почву лужайки. Под ногами хлюпало, из палой листвы сочилась вода. Девушка кружилась. Кир мог бы поклясться, что однокурсникам просто увиделась худая курносая девчонка, безумная сомнамбулка, запутавшаяся в случайном смерчике. Кир знал лучше. Никакого ветра сегодня не было и быть не могло. Листья слетели с дорожки и поднялись в воздух, потому что послушались девушку.
Заметив Кира, девушка остановилась, и кленовые пятерни опустились на траву вокруг нее. Танцовщица посмотрела на Кира, склонив голову к плечу и улыбаясь.
— Я тебя где-то видела. Ты знаешь Веньку? — Не получив ответа, она капризно топнула ногой и продолжила: — Меня тут заперли, потому что считают, что я ненормальная. А я просто ищу Веньку. Он потерялся где-то на полдороге. Вовка меня здесь запер, потому что ревнует. Он знает, что, хотя мы и женаты, я всегда любила Веньку, а не его. Он скучный. А ты не скучный?
Кир усмехнулся:
— Я всякий. Но со мной обычно не скучно.
Девушка приблизилась к нему и, откинув голову, заглянула Киру в глаза. От ее взгляда Киру почему-то стало неловко, хотя сам он без застенчивости пялился и в очи записных див, и в оловянные зенки убийц.
— Ты не врешь. Странно. Обычно ты врешь, а сейчас — нет.
Определенно, с этой девушкой было неловко. Но интересно.
— Мой старый друг устраивает сегодня вечеринку. Хочешь пойти со мной?
— Я не могу. Здесь ворота железные и забор. И охранник в будке.
— Ничего, со мной тебя выпустят.
— А снаружи не страшно?
Кир подумал. Если ответить честно, девушка могла и отказаться. Поэтому он ответил наполовину честно:
— Со мной — не страшно.
Новая знакомая улыбнулась и протянула ему ладошку:
— Меня зовут Ирина Владимировна. Ирка.
— Кир, — представился Кир, пожимая твердую и горячую ладошку и думая о том, как легкая перестановка букв могла бы превратить их имена почти в одно и то же имя.
