Джентльмен весьма удивился, когда Кир предупредил его, что вечером будет не один.
Дорога вилась серпантином по склону. Алый «феррари» рассекал на такой скорости, что почти превратился в красную ленту, опоясывающую гору. Когда поднялись выше, Кир поехал медленней. Вид сверху был очень красив: лазорево-изумрудное море, полумесяц залива и белый город, тоже раскинувшийся полумесяцем над кранами порта. Вдоль берега тянулись желтые песчаные пляжи, лучшие пляжи на побережье. По склонам карабкались виноградники. Сейчас листья винограда были окрашены во все теплые цвета спектра, от желтого до темного-багряного. Старая цепь гор, на которую взбирался «феррари», была чуть повыше холмов, изъедена ветрами и коррозией, зато более молодые горы за ними покусывали зубами небо, голубое, как перо сойки.
— Ух ты, — сказала Ирка, выглядывая из окна. Кир опустил стекло, и светлые Иркины волосы плеснули на ветру. — Непременно поднимемся сюда с Венькой. У него, конечно, нет такой машины. — Она провела пальцем по коже сиденья, шоколадно-гладкой, такой шоколадной, что хоть палец облизывай. — Но мы пойдем пешком. Тут наверняка есть пешеходные тропы. Наверное, это очень здорово — карабкаться через виноградники, чтобы в листьях пряталось солнце.
— Как же вы потерялись?
Ирка подняла глаза и растерянно нахмурилась:
— Не знаю. Мы всегда были вместе. А потом он… сбежал. Но ты не думай, — поспешно добавила она, — Венька не трус. Просто ему казалось, что так правильней.
Сложная жизнь галлюцинаций мало интересовала Кира, однако он притворился, что внимательно слушает. С девушками, а особенно с красивыми полоумными девушками стоит быть внимательным. Обычно это окупается в конце.
— О, Кирюха, Кириэль, Ундомиэль, Электродрель! — Джентльмен уже успел изрядно нализаться. Он подкатился к Ирке и театрально закрыл лицо пятерней. — Боже, какая красота. Я ослеплен. Позвольте, сударыня. — Со старомодной учтивостью он приложился к Иркиной руке почерневшими от вина губами. Ирка неуверенно улыбнулась. Джентльмен выпрямился и воскликнул с ненужной аффектацией: — Окажите честь старику, будьте хозяйкой моего скромного пира!
Ирка открыла было рот, но Кир быстро сказал:
— И не вздумай соглашаться. А то козлоногие зарежут тебя в конце пира и принесут в жертву духу горы. — Он кивнул на собравшуюся публику. Публика и вправду была не ахти. Пьяные нимфы и дриады, сатиры и фавны окружили стоящие на козлах бочонки. Присутствовал даже один старый сильван, весь заросший клочковатым мохом.
Ирка вздрогнула и спросила у Джентльмена:
