— А как же Алмазный обелиск? У меня сложилось впечатление, что семья фон Штернов, — я кивнул на Ландера и Ленчи, — что Мария Александровна… Они все спят и видят, как сбывается пророчество их родного мира.
— Это тебя не касается, — отрезал Император, внимательно осматривая стелу. — Максимум, что я готов с тобой обсуждать, это северяне, османы и, пожалуй, пост министра финансов.
— Это наш шанс, Макс, — шепнул Виш. — И только попробуй сказать, что не понял намёк Императора!
«Всё я понял, — мысленно отмахнулся я. — Ты понимаешь, что он хочет от стелы?».
— Какая разница? — удивился Виш. — В любом случае скоро узнаем. И вообще, Макс, ты не о том думаешь! Или ты не хочешь обменять историю про Виолетту и Челарбея на пост министра финансов?
Виш в очередной раз оказался прав, и я, собравшись с мыслями, начал говорить.
Рассказал про Стужу, про Виолетту, про войну со Швецией, про наведение порядка в Финляндском княжестве.
Не забыл упомянуть про помощь Анисима, про свою верфь и про доставшиеся мне дивизии.
Поведал про войну с Виноградовыми, возникшие разногласия с канцлером, разборки с Инквизицией и отношения с вампирской семьёй.
О чём-то, конечно, хотелось умолчать, но моя интуиция подсказывала, что так лучше не делать. Императору было плевать на мои махинации, его интересовал текущий политический, финансовый и властный расклад.
И, понимая это, я рассказывал всё как есть.
Время от времени Виш хватался за голову, но я продолжал говорить, подробно описывая сложившуюся ситуацию.
Про Север, про армию, про Демидовых, Новиковых и Уваровых. Про сделку с европейцами и про свои продукты: консервы, мраморные блоки, Колизей, ТМГ, настольные игры, матрёшки, косметику и многое-многое другое.
Император внимательно слушал, изредка задавая уточняющие вопросы. Больше всего его заинтересовали Колизей и открытые в Николаевке школы.
За Северную заставу я и вовсе удостоился скупой похвалы.
Когда же, наконец я рассказал всё, что мог, оставив за кадром некоторые финансовые схемы и свою принадлежность к металлумиям, Император остановил меня коротким взмахом руки.
— Я услышал достаточно. Граф, ваша очередь.
Я думал Галицин уложится за пять минут, но его рассказ, а точнее доклад, занял несколько часов!
Граф, будучи Главой Конвоя, видел ситуацию изнутри и монотонно перечислял все нарушения и злоупотребления властью. И особое внимание он уделил дворцовым интригам за влияние на императрицу.
Поначалу я не понимал, кто все эти люди, чьи фамилии перечисляет Галицин, но ближе к середине спонтанного доклада до меня начал доходить весь масштаб текущей катастрофы!
Если всё было так, а не верить Галицину у меня не было причин, то Империя держалась на плаву каким-то чудом.
Казнокрадство, кумовство, гигантские хищения безжалостно рвали страну на части, и фактически от распада Империю удерживала Служба Имперской Безопасности.
В общем, если сделать из рассказа Галицина выжимку, то страна походила на полотно из Финляндских княжеств старого типа. А я хорошо помнил, что происходило в Финляндии, пока я со своими людьми не навёл там порядок.
И сейчас такой же порядок предстояло наводить по всей стране. И я был чертовски рад, что это не моя головная боль.
А Виш, когда Галицин закончил свой доклад, и вовсе выдал нечто невообразимое:
— Мне непросто это говорить, но ты был прав, Макс. Только дурак согласится занять место Императора в такое время!
И, похоже, так считали не только мы с Вишем.
Император, выслушав Галицина, вздохнул и сделал мне предложение, от которого, судя по его взгляду, я не имел права отказываться.
— Должность министра финансов твоя, Макс.
И, не дожидаясь моего ответа, Император поспешил обрадовать Галицина.
— А вам, граф, придётся некоторое время совмещать должность Главы Конвоя с должностями начальника штаба Императорской армии и военного министра Империи.
Пока мы с Галициным искали слова для ответа, Император обошёл стелу по кругу и неожиданно вырвал её, что называется, с мясом. После чего невозмутимо убрал обелиск в Инвентарь и коротко приказал.
— Ваши назначения обсудим по пути. Выдвигаемся на Петербург!
За последнее время я привык выступать в роли руководителя, но от Императора шла такая аура власти, что подчиниться ему было незазорно.
Он был сильнее, знал это, но при этом не кичился своей силой.
Чем-то Император напомнил мне Илюху. Чёткое ви́дение цели, высокая стрессоустойчивость, способность адаптироваться к стремительно меняющимся реалиям и непоколебимая уверенность в себе и в своих решениях.
К тому же, исходя из увиденного, на текущий момент у нас были схожие цели.
Что бы я ни говорил Вишу и как бы не отбрыкивался от императорского трона, я бы всё равно не остался в стороне от того, что сейчас происходило с Империей. Ну не приемлю я позицию «моя хата с краю», и всё тут!
Более того, если бы не чудесное — трижды ха-ха — появление Императора, я бы, так или иначе, принял бой с канцлером и его прихвостнями. Да чего уж там, я уже объявил войну этой клике предателей.
Так почему бы мне не принять предложение Императора, если я всё равно буду сражаться за свою страну?
