— Одно из высших плетений магии Крови, — подтвердил Виш. — Багровый дракон в десятки раз сильнее костяного. Его кости пропитаны жертвенной кровью, и ему доступна магия Крови. Багровые драконы практически неуязвимы. Каждый убитый ими человек пополняет запас крови и силы. Из всех магов лишь у огневиков есть хоть какие-то шансы справиться с Багровым драконом.
— Мда уж… — протянул я, представляя себе этот кровавый ужас. — Вот почему псы устроили геноцид огненных магов.
— Это ещё не всё, — взгляд Императора подёрнулся пеленой воспоминаний. — На фоне ксуров песьеголовые — сущие дети. Их стальные доспехи многократно усиливают мощь воинов. А их летающие птицы могут уничтожить целый город.
— Понятно, эти ребята пошли по пути развития технологий, — кивнул я. — А сами ксуры, они какие?
— Двухметровые прямоходящие… ящеры, — мне показалось, или Император смутился? — Чем-то похожи на африканских крокодилов.
Ящеры? Серьёзно?
— Абсолютно, — подтвердил Виш. — Очень неприятные типы. А ещё они смеют утверждать, что их предком был дракон!
«А это не так?».
— Нет, конечно! — оскорбился фамильяр.
— Не знаю, зачем я вам это рассказываю, — вздохнул Император. — Но если раньше я мечтал о Мире-Арене, то сейчас меня интересует лишь защита родного мира. И, учитывая, что я медленно умираю из-за этого ксурова яда, времени у меня не так уж и много.
— Силён, — хмыкнул Виш. — Хочет успеть объединить весь мир и врезать песьеголовым. Вот только ничего у него не выйдет. От яда жрецов умирают за сутки. Даже сейчас можно видеть, как чёрный яд расползается по венам Императора.
— Такое ощущение, что Вы не успеете, — я покосился на закатанный рукав Императора.
— Главное, дотянуть до столицы, — отмахнулся Император. — Дворцовые алхимики сумеют замелить ток яда.
— Не успеют, — мрачно изрёк Виш. — Ещё час-два, и ему уже ничто не поможет. Даже если появится убийца с противоядием.
Я открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл.
Почему Виш сказал «убийца», а не Олег? И с какой стати он вообще завёл эту тему?
— Ты поможешь мне, Макс? — Император, на ходу отдёрнув рукав, посмотрел мне в глаза. — В основе войны лежит экономика. И из того, что граф Галицин рассказал о тебе, ты имеешь все шансы укрепить экономику Империи.
— Помогу-помогу, — машинально отозвался я, всеми силами ловя ускользающую мысль. — Вот только…
— Вроде как глупо доверять экономику целой страны первому встречному, но… стела выбрала тебя неслучайно. А я, после её предсказания про яд и Олежу, теперь ей верю. Я готов к смерти. Всё, что я хочу — успеть подготовиться к вторжению псов.
Стоп-стоп-стоп… Мысль так и крутилась где-то недалеко, но я всё никак не мог её ухватить. Император сказал «яд и Олежу», а Виш «убийца с противоядием»… А стела и вовсе предупредила Императора, что «противоядие может лишь один человек — убийца»…
Яд… Олежа… убийца… противоядие… А если убийца не Олежа? Ну-ка, ну-ка… Если убийца, не Олежа, тогда это…
Догадка озарила сознание, словно молния, и я победно улыбнулся.
— Рано хороните себя, Ваше Величество! Давайте, если мне удастся нейтрализовать этот яд, то у меня будет свободный график?
— Захочу — иду на службу, захочу — не иду? — криво усмехнулся Император. — Договорились. Но если не сможешь, то поклянись, что ты и твой род закончите начатое мной дело.
— Клянусь, — пообещал я. — А теперь, Ваше Величество, как насчёт марш-броска до границы Чащобы?
Пара часов — это много или мало?
Когда отдыхаешь с любимым человеком — однозначно мало. Когда мчишься по лесу, наперегонки со смертью — наверное, много.
Мышцы забиваются за первые полчаса-час, дальше начинает сдавать дыхалка, и под конец бежишь исключительно на силе воли.
Первым отстал Галицин.
Граф с лёгкостью выдержал бы взятый мной темп, но безвольное тело Милены повисло на нём неподъёмным грузом. Он бы и рад бежать, одна кочка, одно неловкое движение и перелом шейных позвонков гарантирован.
Поэтому Галицин вышел из гонки почти сразу, крикнув напоследок что-то вроде:
— Макс! Назначаю тебя ответственным за жизнь Императора!
Сомнительно, ну да ладно. К тому же я был кровно заинтересован в том, чтобы Император выжил.
Следующими отстали фон Штерны. Их хватило на полчаса, что, на мой взгляд, было отличным результатом.
Да и дело было не в Ландере, а в Ленчи. Девушка банально за нами не поспевала, и Ландеру пришлось замедлить ход. Никто не захочет оставить сестру одну, к тому же Чащоба — не самое безопасное место в Империи.
Я бы на месте Ландера оставил Ленчи с Галициным, но тут, как говорится, хозяин — барин.
Хотя, если судить по прощальному окрику фон Штерна, Ландер тоже пришёл к этой мысли.
— Я догоню, Макс!
Когда отвалились фон Штерны, бежать как будто стало легче. Не физически — морально.
Одно дело, когда ты постоянно вынужден оглядываться, проверяя, бегут ли за тобой товарищи, и совершенно другое, когда ты отвечаешь только за себя.
Хотелось бы, конечно, добавить, что и за Императора тоже, но это было бы неправдой. Император выкладывался на все сто, не делая себе никаких поблажек и, что главное, не рассчитывая на мою помощь.
