— По личным делам, — поморщился я. — Тебя, к слову, сейчас не это должно интересовать.
— Я сам знаю, что меня должно интересовать, а что нет, — отрезал помор. — Если из-за тебя османы объявят нам войну, сам знаешь, что будет.
— Они украли моих людей, — помрачнел я. — Нельзя такое оставить без ответа.
— Как так? — удивился Анисим. — И самое главное, когда?
— Скажем так… — поморщился я. — До того, как эти люди стали моими.
— Столичные сироты, да? — догадался помор. — Сомнительная причина…
— Анисим, эти подонки украли подданную Российской империи. Одарённую. И всем плевать.
— Не плевать, — тут же помрачнел помор. — Мы таких при встрече сразу топим. Но всех не переловить. А политику канцлера ты и сам знаешь.
— Знаю. Поэтому и иду самолично. С тобой или без тебя.
— Не горячись, — хмыкнул Анисим. — Я от помощи не отказываюсь, только нужно всё сделать красиво.
— Зачем? — не понял я. — Пришли в порт, ты меня высадил, я заглянул в гости к этим мерзавцам, оставил после них горстки пепла, забрал мать Мити, вернулся на корабль, и мы ушли. Зачем множить сущности?
— Восток, Макс, дело тонкое, — покачал головой Анисим. — Ты меня-то послушай. Я не первый год по морю хожу. Нужно будет предупредить султана и отправить ему виру за тех османов, которых ты собираешься убить. Так, ты покажешь себя понимающим человеком.
— Ещё и платить ему? — мне показалось, что я ослышался. — Ты серьёзно?
— Анисим прав, — поддержал помора Виш. — Султан, получив виру за контрабандистов, сохранит лицо. В противном случае он будет вынужден приказать доставить твою голову.
— Да, Макс, — кивнул Анисим. — Заплатить. Причём хорошо. Но взамен мы заберём со Стамбула всех, кого сможем собрать за те несколько часов, что мы будем в порту. И сразу готовь золото для взятки начальника порта.
— Если хочешь спасти не только мать Мити, — проворчал Виш, — но ещё несколько соотечественниц, то послушай Анисима.
— Ладно, — сдался я. — Поможешь всё устроить?
— Лично занесу, кому надо и пущу слух среди своих, — пообещал Анисим. — Про тебя после истории с Инквизицией в Европе ходят слухи один страшнее другого. То, что не позволено официальным лицам империи, может сойти с рук одному экстравагантному Купцу.
— Ты слишком быстро согласился, Анисим…
— Я вижу шанс вытащить из османского рабства своих соотечественников, — пожал плечами помор. — Не у одного тебя сердце болит за угнанных в рабство женщин. К тому же…
— К тому же что?
— Это будет недвусмысленное послание всем пиратам и контрабандистам — те времена, когда можно было воровать русских женщин, прошли.
— Шуйский-то одобрит? — усмехнулся я.
— Скорее всего, нет, — улыбнулся Анисим. — Но по-другому я не могу.
— А должен, — укорил я его. — Ладно, с тебя взятки, эвакуация наших и обратная транспортировка. С меня — возмездие тем подонкам, золото на взятки, подарок султану и психологическая помощь спасённым.
— Про последнее не понял, но согласен, — помор протянул мне широкую, как лопата, ладонь.
— Вот и ладушки, — я ответил ему крепким рукопожатием. — А сейчас, давай займёмся привязкой саламандры.
— Ты же сам сказал, что лучше не рисковать? — прищурился Анисим.
— Со мной всё должно пройти легче, — я пожал плечами. — В любом случае у тебя всего три варианта. Призвать саламандру к кому-то из команды. К Ивану или к Осипу. Вступить в мой род и получить право на личного фамильяра. Или рискнуть и попробовать привязать саламандру к твоему дару Повелителя Ветра.
— Увы, но второе точно нет, — покачал головой Анисим. — Моя служба не подразумевает родовой привязки.
— Как у Ликвидаторов? — уточнил я. — Понимаю…
— Что-то типа того, — поморщился помор. — Последнее тоже не подходит. Если у тебя получится привязать саламандру к моей ауре, то я потеряю шанс заполучить фамильяра с Воздушного плана. А он мне, сам понимаешь, нужнее.
— Тогда у меня остался один-единственный вопрос — Иван или Осип?
— Иван — классический маг Воды со специализацией в Лёд, — покачал головой Анисим. — Поэтому Осип. Всё равно для него шхуна — что дом родной.
— Зови своего Сундука*, — кивнул я. — Добавим огоньку к его многочисленным достоинствам!
Привязка саламандры к толстячку Осипу прошла неожиданно успешно.
