В пустом вестибюле, за исключением двух больших кошачьих статуй, нет никакой угрозы. Никто не прячется и не наблюдает за нами. С обоих сторон отходят широкие двустворчатые двери. Они закрыты. Где-то здесь внизу должен быть доступ к подземному гаражу.
— Иди направо, — шепчу я, затем исчезаю в направлении левой из двух дверей. Я бесшумно достаю свой нож. Он не тот, которым я защищалась тогда в Вудпери. Прежний я потеряла где-то в испытаниях и невзгодах прошлых месяцев. Но не важно, какое оружие я ношу. Лезвие, есть лезвие, и я с любым могу хорошо обращаться.
Я поворачиваю ручку и медленно открываю одно из крыльев дверей. Теперь в нос мне бьёт отвратительное зловоние, сладковатое и в то же время терпкое. Я заставляю себя сделать несколько глубоких вдохов, пока не проходит первое отвращение, затем вхожу в комнату. Это типичная гостиная промышленника. Напротив окон находится возвышение с мягким уголком, в середине комнаты круглый, белый огненный фонтан. Я подкрадываюсь и ощупываю очаг, но он холодный. Затем обнаруживаю источник неприятного запаха: цветочные букеты, заполняющие углы комнаты. Это лилии, насколько я могу судить в темноте. Их головки свешаны вниз, стебли сморщились и почернели от гнили.
Никому нет дела до этой виллы. Всё это становиться всё более подозрительным. Даже если что-то случилось с владельцем, где вся прислуга? Где дворецкий? Где садовник? Где домохозяйка? Где повариха? Как будто все, кто здесь жил, вдруг провалились сквозь землю. Осталась лишь женщина в саду, одинокая реликвия из прошлого. Я чувствую покалывание на шее. В этом поместье есть что-то чертовски странное.
Я поднимаюсь на возвышение и осматриваю обивку, одеяла и подушки. Лучшие ткани: кашемир и дамаст. Но что-то в этом изысканном впечатлении, которое появилось в первый момент, когда я взглянула на мягкий уголок, беспокоит меня: противный запах гнили, который здесь гораздо сильнее, чем рядом с цветами. Я осматриваюсь по сторонам. У задней стены возвышения есть еще одна дверь. Я медленно подхожу к ней, и зловоние становится сильнее. Более едким. Я прикрываю воротником куртки рот и нос, останавливаюсь у двери и приседаю, чтобы заглянуть в замочную скважину. Внезапно чья-то рука хватает меня за плечо. Я сразу же оборачиваюсь и прижимаю кончик ножа к подбородку Скиннера.
Он поднимает руки, выглядя не особо напуганным.
— Почему ты так подкрадываешься? — шиплю я.
— Чтобы предупредить тебя.
Он указывает на дверь позади меня.
— Я бы не стал туда входить.
— Почему нет?
И снова Скиннер хватает меня за плечо и осторожно тянет назад. Его глаза упираются в дверь, выражение лица не разобрать.
— За ней… это, без сомнения, трупный запах.
Я тут же замираю. Трупный запах. Значит, женщина-статуя была права, и моё предчувствие тоже не обмануло меня.
— Сколько их? — тихо спрашиваю я.
— Три, а может и четыре человека.
— Ты уверен, что они…
— Они мертвы, Джо.
Скиннер смотрит на меня, его голос приобрёл непонятную резкость.
Наконец я снова в состоянии двигаться.
— Давай скорее уйдём отсюда!
Я выхожу из салона и радуюсь, когда сладковатый запах гнили остается позади. И тут до меня внезапно доносится какой-то звук. Я оборачиваюсь к Скиннеру, но он даже ещё не сдвинулся с места. Он тоже смотрит на меня и выглядит не менее испуганным.
Мы не одни в доме. Кроме нас и мертвецов есть кто-то ещё.
Глава 13
— Не двигаться, я сказал!
Она сжимается в углу и молится о том, чтобы доски под ней больше не скрипели. Она ненавидит этот старый особняк. Она ненавидит множество комнат и отсутствие обзорности. Иногда она вспоминает о своем доме, о своем маленьком ложе и ничего не хочет настолько сильно, как вернуться туда. Но она знает, что этому не бывать.
— Прости, — шепчет она, хотя ее извинения никого не интересуют.
Как бы их не обнаружили. Не поймали. Не казнили. В настоящий момент важно лишь это.
Она прислоняется головой к стене и заставляет себя дышать равномерно. На первом этаже дома снова слышны шаги. Похоже, там несколько человек. Она буквально видит их перед собой с их электрошоковыми пистолетами и слишком яркими фонариками. В последнее время дружинники даже имеют при себе сети для поимки. Волокно изготовлено из флуоресцентного материала, который вспыхивает при выбрасывании сетки. Брат Дженнингс был почти пойман и ослеплен одной из таких сетей, но, по крайней мере, он все еще жив. В отличие от Паркера. И Дэвиса. И Эллис.
Линн вытесняет из головы мысли о тех, кого уже поймали. Она переводит взгляд на Слэйда. Он и Кэтролл сидят напротив нее. Они опираются друг на друга, глаза Кэтролл закрыты. Взгляд Слэйда направлен на дверь. Темный, решительный. По спине Линн пробегают мурашки. Она надеется, что это не приведет к драке. Она не уверена, сможет ли пережить её на этот раз.
