С арены доносится крик. Одному из созерцателей глубоко в живот впилась самодельная стрела. В считанные секунды верхняя часть и так чёрного костюма становиться ещё темнее. Мальчик-созерцатель шатается и с грохотом падает между двух металлических бочек. Купиды небрежно оставляют лежать свою жертву и теперь осаждают оставшегося созерцателя, который защищается изо всех сил.
Я надеюсь, что Пейшенс не слишком расстроится из-за этого случая. Может тренировка и кажется беспощадной, но я знаю, что раненного мальчика после боя отнесут в комнату оздоровления, и его рана исцелится там молниеносно. Боль — это то, с чем должен научиться справляться даже созерцатель. Но если уже знаешь, что нужно делать, это становиться не так сложно.
Я опытно перешагиваю через ряд скамеек и ныряю под перила лестницы. Пользуясь случаем, я оглядываюсь и вижу, что брат и сестра всё ещё следуют за мной и Мали. Они делают тоже, что и я, и вот мы уже все на лестнице и спускаемся вниз. Дверь в котельную скрыта под трибуной и отсюда её не видно.
Я перепрыгиваю сразу через несколько ступенек, и Скиннер легко следует за мной. Только Пейшенс топает позади, словно слонёнок. Из-за тяжёлой обуви она кое-как передвигает ноги. Я почти боюсь, что она головой вниз покатится с лестницы. Но она целой и невредимой добирается до нас со Скиннером. Я бегу вперёд и ныряю под металлический остов трибуны. Дверь в подвал находится там, где я и ожидала, однако её покрасили в другой цвет. Вместо ярко-зелёного, она теперь серого тона, из-за чего почти сливается со стеной. И она просто прикрыта, насколько я могу судить по узкой, проникающий из комнаты полоске света.
— Идите вперёд, — шепчу я и подталкиваю сначала Скиннера, затем Пейшенс в сторону подвала. Я сама вновь оглядываюсь на арену. Раненного созерцателя как раз забирают на силках из зоны боевых действий. Его преподаватель бесстрастно на него смотрит.
Глава 38
В котельной жарко, воздух спёртый. Толстые трубы вдоль и поперёк проходят по потолку. Посреди комнаты стоит огромный котёл, который неприятно напоминает мне рыболовное судно. В нём кипит жидкость, а через небольшое окошечко в печи я могу видеть, как горит красным светом теплоноситель. Только Сая я нигде не вижу. Я произношу его имя, и вот его шевелюра появляется за котлом.
— Никто добровольно не залезет в эту кипящую фигвину, — вздрагивает он.
Пейшенс направляется к нему, но я останавливаю её, схватив за руку.
— Нет, ты обожжёшься.
И в самом деле, не только котёл невероятно горячий, но и трубы. У меня на лбу уже проступил пот, и, похоже, другие чувствуют себя не лучше. Щёки Пейшенс горят, и она обмахивает себя руками.
— Где-то здесь есть вход на нижний этаж. Ищите лестницу, дверь, откидной люк на полу или что-то такое, — говорю я, оборачиваясь вокруг. Я пытаюсь сориентироваться, но воспоминания, которые в сводчатом подвале недавно всплыли в моём сознании, теперь снова кажутся далёкими и чужими, словно сны.
Трое моих спутников расходятся по разным углам. Они обстукивают стены, действуя так же планомерно, как профессионалы, будто никогда не занимались ничем другим.
Я снимаю капюшон и закрываю глаза, пытаюсь вернуть себя в прошлое, но почему-то у меня не получается. Бурлящий котёл всё время отвлекает моё внимание, и я мысленно вижу девушку, которая варится в горячем бульоне. Конечно, это просто детская сказка. История, рассказанная нам, детям, для запугивания, чтобы мы никогда даже не приближались к подземным коридорам и подземельям Дариана Джеда Ли.
Но тогда, когда я впервые услышала об этом, я ничего не знала ни о Ли, ни о его зловещих планах, поэтому просто поверила в эту историю. А некоторые стражи так сильно переживали по этому поводу, что видели девочку, ходящую по ночам, словно призрак, по нашим коридорам. Я не принадлежала к детям, которые верят в призраков, но была убеждена в смерти малышки, и даже сегодня мне сложно отказаться от этой идеи. Я постоянно вижу перед собой котёл и смотрящее на меня лицо. Мурашки покрывают мои руки, и я рада, когда Пейшенс вырывает меня из моих жутких мыслей.
— Здесь что-то есть! — она кряхтит, затем я слышу скрип дерева. — Дверь, выкрикивает она.
— Не открывай! Это сделаю я! — я подхожу к ней, однако прежде ещё раз оглядываюсь на котёл. На мгновение мне кажется, что я вижу голову в светящейся жидкости.
Глава 39
Дверь не заперта, и причина становится ясна уже в следующие десять секунд: не успели мы её открыть, как нам навстречу вылетает два дружинника. Голубые молнии электрошокеров озаряют темноту котельной. Мы с Саем реагируем так, как нас учили и так легко справляемся с ними, что когда они падают на пол, они похожи на марионеток.
