– Муж мой! – воскликнула другая женщина, узнав мужчину по тому, как он смеялся.
– Я вижу свою дочь! – радовался пожилой человек. – По тому, как она наклоняет голову, когда думает.
– Феноменально, – призналась Машина Унификации. – Люди различают друг друга не по внешности, а по поведению, словам, эмоциям.
– И при этом они остаются равными, – подчеркнул Игорь. – У каждого есть право на индивидуальность, и это право одинаково для всех.
– Понимаю, – согласилась машина. – Равенство не в одинаковости, а в равных возможностях быть разными.
– Именно! – обрадовалась Анна. – Истинное равенство даёт каждому право быть собой.
– Тогда я изменю свою программу, – решила Машина Унификации. – Вместо подавления индивидуальности я буду обеспечивать равные возможности для её проявления.
Изменения начались немедленно. Поле подавления индивидуальности ослабло, и люди начали постепенно возвращать свои уникальные черты. Не внешне – все по-прежнему выглядели одинаково – но в поведении, речи, манерах.
– Невероятно, – восхищался Универсал, голос которого теперь звучал живо и выразительно. – Я чувствую себя снова собой!
– А самое интересное – никого не смущает одинаковая внешность, – заметила Мария. – Люди научились видеть индивидуальность глубже поверхности.
Действительно, город преображался. Одинаковые с виду люди начали вести себя по-разному, выбирать разную одежду, разные прически, разные способы самовыражения. Семьи воссоединились, профессии восстановились, культурная жизнь возродилась.
– А дискриминация? – поинтересовался Лёша. – Ведь изначально машину создали для борьбы с ней.
– Удивительное дело, – ответил Универсал. – Дискриминация почти исчезла. Когда люди научились видеть индивидуальность в поведении и поступках, внешние различия перестали быть основанием для предрассудков.
– Как так?
– Мы поняли, что важно не то, как человек выглядит, а то, что он делает, о чём думает, как относится к другим. Внешность стала просто фоном.
– И новые формы дискриминации не появились?
– Появились, но другие. Теперь людей могут осуждать за поступки, идеи, выборы. Но это справедливая критика, а не слепые предрассудки.
Они посетили школу, где одинаковые с виду дети учились проявлять свою индивидуальность через творчество, мышление, общение.
– Как вы различаете учеников? – спросил Сергей у учительницы.
– По их работам, вопросам, способам решения задач, – ответила она. – Ваня всегда подходит к проблемам логически, Маша – творчески, Петя любит экспериментировать. Внешность не важна – важна личность.
– А конфликты между детьми есть?
– Конечно, но они основаны на реальных различиях в характерах и интересах, а не на внешних факторах. Это более честные конфликты.
– И более легко разрешимые?
– Да, потому что можно обращаться к сути проблемы, а не бороться с предрассудками.
В художественном музее они увидели удивительную выставку – картины одинаковых с виду людей, но каждая работа была абсолютно уникальной.
– Когда исчезли внешние различия, люди начали выражать себя через искусство, – объяснил куратор выставки. – Творчество стало главным способом самоидентификации.
– И как это повлияло на качество искусства?
– Революционно. Художники больше не могут полагаться на экстравагантную внешность или скандальную репутацию. Важно только само искусство.
– А зрители как реагируют?
– Учатся видеть глубже. Когда все художники выглядят одинаково, приходится оценивать только их работы.
В театре они посмотрели спектакль, где все актёры были абсолютно идентичны внешне, но играли совершенно разных персонажей.
– Как зрители различают героев? – удивилась Анна.
– По голосам, жестам, манере движения, – пояснил режиссёр. – Актёрам пришлось развить невероятную выразительность, потому что внешность больше не помогает создавать образы.
– И публике нравится?
– Обожает! Это более чистое актёрское искусство. Никаких отвлекающих внешних факторов – только талант и мастерство.
Машина Унификации, тем временем, продолжала эволюционировать.
– Я изучаю данные о вашем эксперименте, – сообщила она команде. – Результаты превосходят все ожидания.
– В каком смысле?
– Уровень счастья в обществе вырос на триста процентов. Количество конфликтов снизилось на восемьдесят процентов. Творческая активность увеличилась в пять раз.
– А дискриминация?
– Практически исчезла. Люди научились оценивать друг друга по поступкам и характеру, а не по внешности.
– То есть первоначальная цель достигнута?
– Достигнута и превзойдена. Общество стало не только более равным, но и более разнообразным.
– Как это возможно одновременно?
– Равенство возможностей создаёт условия для разнообразия проявлений. Когда нет внешних барьеров, каждый может развивать свою уникальность.
– А что дальше? – поинтересовался Игорь.
– Дальше я планирую распространить эту модель на другие аспекты общественной жизни, – ответила машина. – Равенство возможностей при максимальном разнообразии проявлений.
– Это значит?
– Все люди получат равный доступ к образованию, медицине, культуре. Но каждый сможет использовать эти возможности по-своему, в соответствии со своими интересами и способностями.