— Я думаю, пора начать, — спокойно произнес варвар.
— Да, да, — заторопился критский царь. Он дал знак стражам — подвести Тесея к толстой деревянной двери, обшитой бронзовыми бляхами. Пока двери Лабиринта закрывались, Тесей успел услышать, как Минос приглашает всех гостей в царскую ложу.
Лабиринты — древнее наследие северной легендарной прародины. Теперь уже забыли об их истинном предназначении. Строят и рисуют все так же, но это просто символ. Дедал придумал строить крепости-лабиринты, полные ловушек, тупиков, скрытых провалов, а Миносу он возвел Лабиринт для игрищ с быками.
Все народы и племена, живущие на берегах моря, поклоняющиеся священному животному по принуждению Крита или нет, присылают на праздник лучших укротителей-акробатов для участия в поединке с критскими быками. А непокорных греков бросают сначала в Лабиринт под трибунами, где их поджидают воины-жрецы в золоченых масках быка. Когда же разгоряченные представлением зрители потребуют крови, на сцену выгонят оставшихся в живых греков. На арене их поджидает грозный противник — любимый белый бык Миноса, Минотавр. Потому в кровавую жертву Крит требует сильнейших юношей и красивейших девушек.
Факелы чадили высоко под потолком. Тесей минуту стоял в неверном красном сумраке подземелья, чтобы привыкли глаза. Он собирался начать путь, но вдруг услышал неясный шорох прямо за своей спиной.
Человек, одетый в плащ с накинутым на голову капюшоном, в страхе отпрянул, когда царевич развернулся к нему, готовый отразить нападение.
— Остановись, сын Эгея! — воскликнул девичьим голоском незнакомец.
— Кто ты? — настороженно спросил Тесей, ожидая подвоха.
Она скинула капюшон, распахнула плащ. Будто луч солнца пробился сквозь гранитные плиты Лабиринта: белое платье облегало стройный девичий стан, золотые украшения сверкали, создавая вокруг незнакомки драгоценную дымку, отчего она представлялась воплощенным идеалом красоты. На секунду царевичу показалось, что перед ним сама златокудрая Афродита.
— Я не богиня, — улыбнулась незнакомка, польщенная растерянным видом Тесея. — Я — Ариадна, дочь Миноса.
— Если ты пришла посмотреть на мою гибель, то еще слишком рано, — сразу ополчился пленник.
— Ах, Тесей, зачем ты осуждаешь меня! — с укором произнесла девушка. — Ты ведь даже не знаком со мной.
Царевич насупился, чувствуя ее правоту.
— Чего ж ты хочешь? — буркнул он.
— Вот. — Она протянула ему клубок белой пряжи. — Привяжи конец здесь у входа и иди. Нить покажет тебе обратный путь.
Тесей надменно усмехнулся:
— Если я укрощу Минотавра, мне откроют парадные ворота, как всем победителям.
— О боги! — воскликнула девушка от досады. — Как же вы, мужчины, бываете глупы! Мой отец всерьез намерен погубить тебя! Кто из эллинов прошел через парадные ворота? Назови мне имя того, кто вернулся домой победителем! У тебя будет лишь один выход — назад через Лабиринт по пройденному пути.
Царевич не мог принять помощь от дочери врага. Что-то внутри его пыталось пробить панцирь гордыни, монотонно твердя, что Ариадна права, что клубок — отличная идея, он укажет обратный путь, но упрямство брало верх.
Тесей был непреклонен.
— Пусть так, но я и без нити найду обратную дорогу.
Девушка с жалостью посмотрела на несчастного упрямца.
— Он был прав, сто раз прав, — печально произнесла она. — Тебя погубит твой собственный Минотавр — твоя гордыня. — Она бросила клубок к его ногам. — Поступай как хочешь. Одного не пойму: почему такой человек помогает тебе?
— Так тебя кто-то послал? — понял Тесей.
Ариадна уже запахнула плащ, собираясь уйти. Он поймал ее локоток.
— Кто тебя послал?
— Пусти! — вскрикнула она.
Пальцы царевича тут же разжались.
— Кто тебя послал? — повторил Тесей, заслоняя ей выход.
— Пропусти.
— Кто он? Варвар в кожаных штанах и золотых сандалиях?
— Мое отсутствие заметят. Пропусти же, наконец!
— Это варвар, да?
— Прочь с дороги!!!
Тесей отшатнулся от ее гневного взгляда. Ариадна золотой змейкой проскользнула мимо. Еще некоторое время в подземелье витал нежный аромат ее благовоний.
Царевич поднял клубок шерсти. Дочь Миноса права: если он будет продолжать в том же духе, Минотавра — ни критского, ни собственного — ему не одолеть. «А ведь варвар, скорее всего, олимпийский бог», — догадался он, привязывая нить к костылю в стене. Только кто из них? Ничего, ответ всегда в конце пути!
Воины Лабиринта оказались все как на подбор высокими, широкоплечими мужами. Они вставали на пути Тесея, словно вырастая из камня. Вооружение их было разнообразным, и методы борьбы отличались, но царевича это не волновало: он был знаком со всеми видами оружия, какие только существовали в Ойкумене, а Хирон научил его справляться с любым соперником.
Однако не только воины угрожали Тесею: ловушки, капканы подстерегали на каждом шагу. Плиты потолка падали на голову, стены сходились, в полу открывались бездонные провалы, стрелы и дротики летели в него из скрытых в стенах отверстий, острые клинки грозили разрубить на части. Он кожей ощущал каждое движение, малейшую угрозу — наставления учителя теперь спасали ему жизнь.
