Я закашлялась. Бровкина тоже являлась сотрудницей особых бригад? Хотя чему я удивляюсь? Понятно же, что абы кого Иван Никифорович в свою семью не пустит. И бывших членов бригад не существует, есть временно не работающие, «спящие» – так их называют.
Надежда Михайловна посмотрела на пистолет.
– Без труда могу в кого угодно пальнуть и в любое место по вашему выбору попасть. В человека я запросто иглу всажу. Куда велите: в глаз, в нос, в ухо. А в котика не могу. Альберт Кузьмич мне как сын.
Рина повернулась ко мне:
– Тань?
– Первый раз такое оружие вижу, – призналась я, – еще промахнусь.
Коробок, не дожидаясь, пока Рина обратится к нему, замахал руками.
– Не, нет, я и прежде был кривоглазым. Могу в кота только ноутбук швырнуть!
– Но мне тоже не хочется в британца пулять, – пробормотала Ирина Леонидовна. – Вдруг он на меня обидится?
Никита взял оружие.
– Я попробую. А если промажу, то что?
– Ничего, – пожал плечами Коробок, – пистолет многоразовый, бесшумный. Подберем контейнер, протрем иглу спиртом, нальем в стекляшку новую порцию. Сейчас такие только на один укол делают, а этому сто лет, тогда все на века мастерили.
– Понял, – кивнул Никита Павлович, направил оружие на кота и прицелился.
– Привет всем, – прозвучал голос Дюдюни.
Рука Никиты дрогнула, раздался щелчок. Из пистолета вылетел, как мне показалось, шарик и попал в плафон. Альберт Кузьмич взвыл, подпрыгнул, ухватился лапами за крюк, на котором висел светильник, потом с воплем «мяууу» свалился на стол.
– Вперед, ребята, – скомандовала Рина.
Димон схватил супницу, перевернул ее и накрыл британца. Остатки первого блюда вытекли. Рина быстро зарядила шприц и ловко воткнула его в хвост, который торчал наружу. Кот заорал, вскочил, сбросил супницу и опять запрыгнул на люстру.
– Ура! – закричала Рина. – Мы это сделали!
– Всегда говорил, что подготовленная операция – это хорошо, но действовать надо по обстоятельствам, – заметил Димон.
– Чем вы тут занимаетесь? – спросил Иван Никифорович, входя в столовую.
– Кота лечим, – хором ответили мы.
В ту же секунду светильник, на котором сидел Альберт Кузьмич, рухнул на стол, вверх вздыбился фонтан осколков. У меня сработала отшлифованная тренировками реакция: сама погибай, а товарища спасай. Я бросилась к Рине, уложила ее на пол и плюхнулась сверху. Некоторое время по комнате разносились топот, хруст стекла, лай собак, гневное мяуканье кота. Потом повисла тишина, ее нарушил голос Риччи.
– Круто вы Альберта Кузьмича лечите!
– Опоздали мы, самое интересное пропустили, – с сожалением заметила Ада Марковна, – а все ты! Не гони, не гони! Да я еле ползла! Всего-то двести километров в час.
Рина подняла голову.
– Самое забавное мы не пропустили, люстра при нас ухнулась.
– Зато кот получил укол антибиотика, – заявила я, в ту же минуту замолчала, потом осторожно осведомилась: – Как долго Альберту Кузьмичу надо лекарство вводить?
– Две недели, – ответила Рина.
– Четырнадцать дней, – ужаснулась я и оглядела столовую.
В комнате сейчас можно снимать кинофильм «Нападение банды разбойников на домик Красной Шапочки». Бабушка и внучка отчаянно сражались с врагами, в конце концов победили и теперь подсчитывают: сколько пирожков надо старушке испечь и продать, чтобы оплатить ремонт избушки.
– За это время квартира превратится в руины, – подвел итог Никита и убежал.
– Куда он помчался? – спросил Иван Никифорович.
– В туалет, – весело ответила Ада Марковна.
– А ты откуда знаешь? – удивилась Рина. – Может, объяснишь, почему он так часто в сортир теперь носится?
Дюдюня засмеялась.
– Кит мне утром позвонил и спросил: «Можешь посоветовать врача? Что-то у меня с почками!» Аха-ха! Я сразу диагноз поставила, хоть и не уролог. Никита Павлович слопал таблетку для пописа. Получи теперь результат!
– Пилюли предназначены для кота, – напомнила Рина. – Если Кита так разобрало… Страшно представить, что могло стать с Альбертом Кузьмичом! Просто отлично, что Никита промахнулся и котик без лекарства остался.
– Я ему точно в пасть попал, – обиделся детектив, возвращаясь в комнату, – а британец пилюлю выплюнул. Вообще странно! Коробка от снадобья осталась? Листовку не выкинули?
– Я всегда берегу их, – сказала Бровкина и ушла.
– Зачем складировать бумажки, когда вся информация есть в Интернете, – пожал плечами Димон. – Как называется зелье?
– Таблетки, – поправила я и вынула телефон, – Уроветмедплюс. Для домашних животных до двенадцати кило весом. Работает быстро, через час действие прекращается. Применяется перед обследованиями… дальше неинтересно.
– Я вешу больше, – задумчиво протянул Никита, – удивительно, однако. После того, как я случайно проглотил пилюлю, сутки прошли. А эффект нарастает.
– Нашла! – объявила Надежда Михайловна, возвращаясь с листовкой.
Димон сел за стол.
– Могла и не бегать. В Интернете про «Уроветмедплюс» прочитали.
– Уроветмедплюс, – повторил Димон.
Надежда Михайловна тут же возразила:
– Нет. Я купила Уроветмедминус, вот, в телефоне записано именно так.
