– Я больше не вижу Илеора и этих серых типов. Странно. Давай, Курмо, беги или лети, – снова вмешалась в разговор фрау Тоссило.
Собирался ли Курмо бежать дальше, и поэтому посадил Янку себе на спину, или он сделал это потому, что решил немедленно лететь к Пирамидальным горам, – Янка не знала и уже не смогла узнать.
Она сидела на спине дракона, он сделал два больших шага для разбега.
Ничто не предвещало этого удара.
Буммм!
Курмо запрокинул голову, одновременно пронзительно-свистяще зашипев от боли. Фрау Тоссило вцепилась ему в шею. А вот Янка свалилась на землю. Курмо во что-то врезался. Словно наткнулся на невидимую стену. Янка снова вскочила на ноги.
Всё вокруг окутала густая голубоватая дымка. Янка уже с трудом могла разглядеть Курмо и фрау Тоссило.
– По-другому, совсем по-другому, – раздался голос Дыры. Он звучал не с земли, а доносился сверху, словно из воздуха. Издалека, с высоты.
Янка на ощупь шагнула сквозь туман. Курмо последовал за ней. Неуверенно, спотыкаясь о камни. Создавалось ощущение, что воздух уже не воздух, а как будто они перемещаются в вязком голубом тесте. Это оказалось довольно трудно.
Ещё несколько осторожных шагов в сторону, назад и снова вперёд.
Внезапно насыщенность цвета стала слабее, синева побледнела и наконец совсем рассеялась. Как будто теперь её засасывал огромный пылесос или, лучше сказать, цветосос.
Но это было сделано вовсе не с помощью некоего цветососа или какого-то редактора цветовых градиентов – это Дыра справилась со светонепроницаемой дымкой.
Янка, Курмо и фрау Тоссило опять могли всё ясно и отчётливо видеть.
Недалеко от них стоял Илеор, окружённый Серыми Плащеносцами, и все ошеломлённо смотрели вверх. На массивную стену башни, по которой ползла вверх Дыра, бормоча:
– Смотрите сюда. Всё другое, как я и говорила. Предельно другое. Не положительное. Крайне опасное.
Недалеко от башни с очень детально проработанными стенами стояла ещё одна. Мрачная и зловещая. А чуть позади – третья. И много других, ещё не до конца достроенных. Не хватало верхушки с узкими окнами и флагом.
– «Башенные бои», – прошептала Янка, подходя к Курмо и кладя руку на его шелковистый бок.
«Это та башня, что я видела раньше. А эта – та, которую мы с Йоханом заметили на горизонте во время игры «Таинственная тишина». Да, это она. А вон та – башня из игры Бэрана». Янка почувствовала себя сбитой с толку. Слишком много всего сразу.
Она потёрла гладкую кожу Курмо, чтобы взять себя в руки и вернуться к намерению как можно быстрее вместе с Курмо и фрау Тоссило выбраться из этой игры. Потому что эти стены оказались настолько угнетающими, что мысль о срочном возвращении домой как-то отошла на задний план.
Серые Плащеносцы очнулись от оцепенения.
– Обман! – заорали они. – Тревога! Проклятая Эльфийка и Антрацитовый солгали нам! Речь шла об одной башне! И о том, что её уберут! А теперь их здесь вон сколько!
В гневе они взметнули своими плащами. А затем бросились к тяжёлым дверям у основания башни и принялись колотить по ним, дёргать за ручки, пинать ногами.
Ворота не открылись. Янка вспомнила, что у воина Йохана тоже не получилось открыть эту дверь. Только Эльфийка смогла это сделать.
Вне себя от ярости серые стали трясти плащами, и – «плонг-плонг-плонг» – что-то полетело на землю. Серые начали это что-то топтать.
– Дай нам уйти, Дыра! – стонали при этом, как дребезжащая проволока, их голоса. – Отпусти нас! Нужно немедленно сообщить Королеве. Нам потребуются все версии для подкрепления. Помни: если существа из «Башенных боёв» захватят власть здесь, в «Таинственной тишине», придёт конец и твоей бесконечной пустоте. Не бывать больше твоему небытию.
При этих словах Дыра потеряла форму, стала темнее ночи.
Сссссссппппп.
Она упала с вершины башни, как потухшая звезда. Её засасывающая струя улетучилась из воздуха, и Серые Плащеносцы немедленно начали выстраиваться в шеренги. Прежде чем фрау Тоссило или Курмо смогли собраться с мыслями, серые уже помчались прочь.
Сердце фрау Тоссило подпрыгнуло.
– Илеоооооооор!
Илеору повезло, что фрау Тоссило забыла о своей жизни в многоэтажке, что она уже не помнила, что когда-то жила, чувствовала, любила в другом мире: ведь теперь и она стала невероятно быстрой.
Сидя на спине дракона, она в мгновение ока стянула розовый сапожок с левой ноги и швырнула его в удаляющийся серый строй. С ритмичным свистом бумеранга сапожок пронёсся по воздуху и врезался прямо в центр шеренги. Бум! Ряды серых смешались.
– Давай за ними! – крикнула фрау Тоссило, и дракон поднялся в бело-жёлтый воздух.
Плащеносцы вновь перестроились и уже исчезали за холмистым горизонтом. А Курмо и фрау Тоссило приземлились там, где каменистое поле переходило в степь, поросшую перистой травой.
Среди примятых к земле тонких, как волоски, стебельков, лежал Илеор. В разорванном сюртуке, с дрожащими круглыми глазами и ярко-розовой шишкой на голове.
Когда фрау Тоссило наклонилась над ним, его рот растянулся в кривой улыбке.
– Такой, как ты, больше нет! – раздался его голос-из-космического-корабля.
Фрау Тоссило нежно провела рукой по его длинному лбу.
