Тем временем, когда вся сперма на их лицам кончилась, девушки стали слизывать ее с обмякшего члена, пока тот не очистился целиком и не заблестел от слюны, начав разбухать по новой. Однако Синдзи, с огромным трудом преодолев желание, приподнялся и отстранил от себя распаленно дышащих, ослабших девушек.
— Пока хватит. Вы хорошо постарались, и я вас просто обожаь. Мои девочки.
Он поцеловал во влажную горящую щечку сначала Рей, потом Аску, поднялся и натянул штаны.
— С-Синдзи… — молящим голосом протянула та. — Н-Но я… то есть мы… еще не… еще не…
— Не кончили, — завершила за нее фразу голубовласка, уже не столь невозмутимо, а скорее сбивчиво.
— Не кончили? — Синдзи поднял бровь. — Вы, кажется, забыли, зачем мы здесь. Ваше наказание все еще длится.
Однако глядя на разочарованно склонившееся личико Аски и сосредоточенный вид Рей, он ласково улыбнулся.
— Впрочем, это не значит, что я оставлю вас без внимания. Нет-нет. Я позабочусь о вас в полной мере. Завтра мы славно развлечемся. А сейчас… подарить вам несколько новых ощущений?
Ответа ждать не пришлось — девушки, хоть и не сказали ни слова, выжидательно и неотрывно уставились на него своими чистыми сияющими глазами. Синдзи пока решил предоставить девушек самим себе, тем более что у него еще была работа — в коридоре тихо покоилась его бывшая опекунша, о которой тоже следовало позаботиться. Только давать им полную свободу он не сильно желал, все же их чрезмерно плотное и чувственное внимание друг дружке задело его легким уколом ревности. Нельзя позволять, чтобы все наслаждение они могли получить без него.
Проведя легкие приготовления и взяв необходимые вещи, Синдзи вернулся к смирно ожидающим его девушкам, приказал им вновь прижаться друг к дружке, а когда они повиновались, связал их руки за спинами. Затем он бережно перевернул их кверху ногами так, чтобы они расположились плечами на кровати голова к голове, завернул их ноги под руки и также связал за спинами, и в итоге получилась фигура двух крепко сцепленных девушек с приподнятым вертикально тазом и полностью открытыми сверху половыми органами.
— Удобно? Нигде не затекает?
Девушки слабо замотали головами, настороженно и трепетно следя за его действиями.
— Хорошо. Теперь вам нужно быть предельно осторожными. Я сделаю одну вещь, и вам нужно будет замереть. От того, будете ли вы двигаться, зависит, сколько боли вам придется испытать. И помните — шевельнется одна, страдать будут обе.
Оставив их в легком испуге, Синдзи взял две массивные свечки, оставшиеся еще с недавнего отключения электричества, и с усилием вставил их в киски Рей и Аски.
— Мхах!.. — донесся стон последней и глубокое придыхание первой.
— С этой секунды предельная осторожность. Воск не просто горячий, он может залиться глубоко в ваши и так уже скользкие и широко открытые дырочки.
— П-Подожди!.. — наконец, поняла в чем дело Аска, но было уже поздно — Синдзи зажег свечи и, на прощание подарив улыбку напрягшимся девушкам, поспешил покинуть комнату.
Его, несомненно, волновало их состояние, даже не столько мука от грядущей боли, а сколько душевное состояние, страх ожидания и одиночества, с которым они провожали его взглядом. Однако задерживаться с девушками дальше было опасно — Мисато в любой момент могла прийти в себя. К счастью, женщина все также продолжала покоиться у двери в коридоре, уже больше не дергаясь от перенесенного шока, а еле заметно дрожа накатывающими волнами приступами и, кажется, все еще так и не придя в сознание. Синдзи еще несколько секунд полюбовался видом беззащитной женщины, внушающей некогда благочестивый трепет и уважение, и даже восторг, а сейчас лишь только грусть и жалость — ведь совсем недавно он осмелился подумать, что она могла бы стать ему старшей сестрой, а может быть пусть и неказистой, но зато такой близкой и заботливой матерью. Сейчас это уже не имело никакого значения.
Подняв ее тело, Синдзи даже не обратил внимания, сколь легко смог держать женщину на руках и как возросла его сила. Он отнес Мисато в ее комнату и бережно уложил на кровать, связав руки и ноги у рукоятей, чем полностью лишил ее возможности двигаться. Хотя, пока это было лишним — женщина и так еще не пришла в сознание, но лишней осторожности не помешало. Затем он достал из портфеля предмет, украденный из школьной лаборатории, сходил в подсобку за инструментами и заодно прихватил несколько табуретов и деревянную планку с лоджии. Вернувшись в комнату Мисато, он внимательно осмотрел пол, расставил стулья, зарядил саморез в дрель и приложил планку к сиденьям.
— Что ж, — набираясь решительности и борясь с противным чувством тоскливой ностальгии, произнес он. — Пора устроить ремонт.
